— Неужели? Вы выходите замуж? — с интересом спросил фельдмаршал, на что Брира ответила смехом.
— Что? Аха-ха, нет, спаси ее Великие. Это ее сын женится. Джодери же надо как-то продолжать род, а не то дом Монтерфаль окончательно вымрет.
— Не знал, что у вас остались дети, — по какой-то причине Вандер нахмурился, но спустя секунду вернул себе прежний спокойный взгляд. — А на ком он женится, если не секрет?
На этот раз девушка не стала отвечать за Тирину и дала той возможность самой все рассказать. И хоть Монтерфаль не горела желанием афишировать жизнь своей семьи, но все же ответила на вопрос фельдмаршала.
— Джодери выходит за дочь короля Карса, Инью. Его Величество предложил это, дабы укрепить наш дом и заодно усилить позицию короны в будущей войне. Даже сейчас, когда Монтерфали потеряли всех своих мужей в Проклятый день лета, мы оказываем влияние на дома Союза Северян и владеем большей частью золотых рудников в западных и северных областях. Король же должен передать нам несколько замков и право на добычу железа и угля в центральном регионе, — поправив волосы, женщина посмотрела Вандеру прямо в глаза. — Хотя объединение с королевской семьей даже без всех этих бонусов уже многого стоит.
— Разумеется. Наверняка многие великие дома Преиха сейчас вам завидуют. Но, знаете, я довольно простой человек. В своей профессии я чаще общаюсь с людьми нижних слоев, нежели с кем-то еще. И среди них много тех, кто считает, что пока преждевременно признавать приемника короля Астона законным правителем.
— К слову, я тоже что-то такое слышала, — согласилась с мужчиной Брира. — Речь ведь о том председателе из Отвергнутых? Ну, о нашем бывшем министре финансов?
— Экономики, но да, все верно. Когда он объявил себя сыном короля Йорати, в обществе стали нарастать противоречия. Даже среди военных много тех, кто считает Авелина истинным правителем, поскольку правление династии Карсов началось, скажем так, немного кроваво.
— Ох, мама мне много всего рассказывала о том восстании. Они с отцом тогда были в Эс-Маде и видели все своими глазами. Говорили, что весь город сгорел за одну ночь, а на утро страна проснулась уже с новым королем. А…
— Знаете, — Тирина пригласила этих двоих отойти в сторону, чтобы не мешать знати идти по своим делам, после чего продолжила разговор за подругой, — такие беседы не стоит проводить в общественных местах. Времена сейчас неспокойные, а в Крофе даже у стен есть уши.
— Поверьте, я знаю об этом лучше вас. К тому же я не считаю эти слухи о наследнике правдивыми, ибо за 30 лет ни один из моих агентов о нем не доложил. Но мой долг доносить до власти то, что происходит в народе. И сегодня люди не уверены, что правление отпрыска Фальшивого короля сделает их жизнь лучше. На вашем месте я бы поостерегся и выждал подходящего момента для свадьбы сына. Это всегда успеется, а сейчас нужно думать о стране.
— Страхи людей мне понятны, милорд, но вот ваши отнюдь, — в один момент фельдмаршал и Монтерфаль стали сверлить друг друга взглядом. Брира не поняла, в чем причина, ведь до этого эти двое друг друга не знали. Однако именно ее убежденность в этом не давала ей понять, откуда между ними такая враждебность. — Все, что укрепляет корону, укрепляет и страну. Наш союз выгоден обеим сторонам, и мой дом сделает все, чтобы власть Астона младшего никто не оспаривал.
— Само собой. Необходимо сделать все, чтобы Его Величество оставался на троне столько, сколько нужно. Но свадьба — не самый эффективный способ помощи стране.
— Конечно, милорд. Нет ничего важнее государства и его защиты. Но, знаете… с возрастом мы начинаем смотреть на мир по-другому… После стольких прожитых лет ты все чаще оглядываешься назад и вдруг понимаешь, что в прошлом слишком многим пришлось пожертвовать ради блага страны. Что, возможно, пришло время обратить внимание и на свою семью. Пожертвовать чем-то ради нее. Уверена, вы меня понимаете… — в глазах женщины появился неестественный блеск. — Ведь и у вас когда-то была семья.
Зрачки фельдмаршала сузились, а кулаки машинально сжались. Он смотрел на Монтерфаль сверху вниз, имея значительный перевес в физической силе. Если сравнивать, то на фоне Вандера Тирина казалась лишь слабой овечкой, которая не смогла бы ничего сделать, ответь фельдмаршал на ее провокацию.
Но прошло несколько секунд, и Вандер отвел взгляд, после чего его лицо вновь стало безэмоционально спокойным, а в воздухе пропало напряжение.
— Что ж, это, вне всяких сомнений, интересная точка зрения. Я бы продолжил нашу беседу, но у меня очень плотный график. И, простите, если навязываюсь, но я бы с удовольствием приехал на свадьбу вашего сына. Если вы передадите приглашение моему помощнику, я буду очень благодарен.
— Разумеется, милорд. Мы будем рады вас видеть.
— Замечательно. Жду с нетерпением. Леди Брира, леди Монтерфаль, — фельдмаршал сдержанно поклонился и повернулся к девушкам спиной.
Провожая его взглядом, они стали беседовать о чем-то своем, а вскоре и вовсе вернулись к своему прежнему маршруту и направились в сад.
Что касается Вандера, то кулаки он так и не разжал.
