Ли Миньшэн опустился на землю и обхватил голову руками; его плечи тряслись от рыданий. Начальники и инженеры шахт молча стояли перед порталом. Широченный вход в шахту смотрел на них, как гигантский глаз, – точно так же, как смотрел на Лю Синя два десятка лет назад.
Аварийный штаб почтил столетнюю шахту минутой молчания. Завершил ее главный инженер шахтоуправления.
– Надо поднять на-гора как можно больше оборудования, – сказал он вполголоса.
– А после этого, – подхватил начальник шахты, – запускать туда взрывников.
Директор кивнул.
– Время не терпит. Начинайте работу. А я отправлю депешу в министерство.
– Нельзя ли привлечь военных саперов? – спросил секретарь партбюро. – Отпальщиков у нас мало, и если мы поставим во взрывные бригады проходчиков и что-нибудь случится…
– Я думал об этом, – ответил директор. – Но сейчас под рукой лишь один саперный взвод, а этого слишком мало. Кроме того, военные незнакомы с подземной спецификой.
Первым закрыли ствол № 4, ближайший к фронту огня. Поднявшись к выходу из шахты, проходчики увидели наскоро собранную бригаду отпальщиков численностью в добрую сотню человек, стоявшую возле груды отбойных молотков, кинулись расспрашивать, но те сами ничего не знали – им лишь велели приготовить инструмент. Но тут на шахтный двор въехала колонна машин, и все внимание переключилось на нее. На первом грузовике приехала группа вооруженных полицейских, которые тут же попрыгали наземь и принялись освобождать место для следующих автомобилей. Одиннадцать грузовиков остановились, с груза сняли покрывавший его брезент, и, увидев ровные штабеля аккуратных желтых деревянных ящиков, шахтеры остолбенели – все отлично знали, что это такое.
В каждом ящике находилось 24 килограмма взрывчатки АСДТ – аммиачной селитры, смешанной с дизельным топливом. На десяти грузовиках пятьдесят тонн. Последний грузовик, поменьше, привез несколько охапок бамбукового лыка, чтобы связывать ящики, и гору черных пластиковых мешков, в которых, как всем известно, хранились электродетонаторы.
Выбравшись из кабины одного из грузовиков, Лю Синь и Ли Миньшэн сразу увидели, как к ним направляется с рулоном чертежей под мышкой хмурый крепкий бородач, командир свежесформированной бригады подрывников.
– Что вы хотите заставить нас делать, инженер Ли? – спросил он, разворачивая чертежи.
Ли Миньшэн показал слегка трясущимся пальцем точку на плане.
– Три отпальные линии по тридцать пять метров длиной каждая. Точное расположение – на конкретных листах. В шпуры по 150 миллиметров и 75 миллиметров закладывать, соответственно, по 24 и 14 килограммов…
– Я спрашиваю: что вы пытаетесь сделать нашими руками?
Ли Миньшэн молча потупился под свирепым взглядом бригадира. А тот повернулся к толпе и крикнул:
– Братья, они хотят, чтобы мы взорвали выработки!
Толпа шатнулась вперед, и тут же вооруженные полицейские рассыпались полукругом, отгораживая автомобили от шахтеров. Но строй охраны тут же подался назад под нажимом волнующегося моря черных людей. Наступил момент неустойчивого равновесия. Повисла тишина, нарушаемая только шарканьем подошв и клацаньем взводимых затворов. И когда, казалось, должно было уже свершиться непоправимое, на подножку одного из грузовиков вскарабкались директор шахтоуправления и начальник шахты. Все внимание срезу обратилось к ним.
– Я на шахте с пятнадцати лет вкалываю! А вы ее разрушить решили?! – заорал пожилой забойщик. Глубокие морщины на его лице были хорошо видны даже под толстым слоем угольной корки.
– На что нам жить, если вы шахту взорвете?
– Зачем ее взрывать?
– Жизнь на шахте и без ваших штучек тяжелая!
Толпа кипела, волны ярости, одна сильнее другой, прокатывались над морем черных лиц и сверкающих белых зубов. Директор молча ждал, и, когда гнев, похоже, накалился до предела и ситуация явно грозила выйти из-под контроля, он заговорил:
– Посмотрите туда, – сказал он, указывая на небольшой бугор около входа в шахту. Он не кричал, даже вроде бы не повышал голоса, но сразу же укротил бурю, и все головы повернулись вслед за его рукой.
– Мы все называем это Старинной угольной колонной, а вам известно, что сначала это была вовсе не колонна, а большой куб из угля? Больше ста лет назад, еще в эпоху Цин, губернатор Чжан Чжидун поставил его здесь, когда закладывал шахту. За прошедший век дожди и ветры превратили куб в колонну. Наша шахта за это столетие вытерпела так много дождей и непогод, так много трудностей и бедствий, сколько ни один человек не упомнит. Это вам не час и не год, товарищи. Это четыре, если не пять поколений! Мы не могли за столько времени ничему не научиться, а уж чему научились, то запомнили накрепко.
Директор вскинул руки навстречу морю шахтерских лиц.
– Небо не упадет!
Люди замерли на месте и, кажется, даже дышать перестали.
