— Обкурился, или на колесах?
— Ясно. Банальное неверие… уже проходили. Ты задавался вопросом, как я в машину забрался с заблокированными дверями? Вот скажи мне, как я это сделал? На полном ходу. Почему твой водитель ничего не предпринимает? Сидит, молчит, везет, — не унимался парень. — Эй, мужик, тормози! — заорал он, хлопая ладонью по спинке водительского кресла. — Вот видишь, ноль эмоций.
Хлопнул по плечу Бориса, он на меня вообще не среагировал: «Что за херня?».
— Давай, врубайся уже скорей, это все по-настоящему. Я же вижу, маешься ты, Иваныч, аж яйца пухнут.
— Бессмертный, за базаром следи.
— Да не горячись, я же шучу, — поднял парень руки в защитном жесте.
Смотрю на клоуна, у которого по ходу врожденный актерский талант и чувствую, тут явно попахивает разводом. Этот гаденыш каскадера нанял, скорее всего и камеры в салоне понатыкал.
Сизый, ты покойник, убью гада.
— Боря, я от тебя такой подставы не ожидал, как тебя уговорили на этот лохотрон? — обратился я к водителю, который натурально изображал биоробота.
Ноль эмоций, Станиславский отдыхает. Какие актерские таланты пропадают зря, уволю к чертям, не посмотрю, что так давно работает у меня.
— Слышь, кончай. Боря, уволю мать ее, — зло пробасил на весь салон автомобиля.
А этот придурок сидит вразвалочку, смотрит на меня и ржет.
— Цифру загадай, любую. Четыре, сто тридцать восемь, девятьсот семьдесят пять. Ну что, знакомство состоялось к радости обеих сторон? Меня, кстати, Славик зовут.
Уверен, смотрел я сейчас на пацана пришибленным взглядом. Кому расскажешь, не поверят.
— Вот, так бы сразу. А то не верю, не верю, каскадер, камеры. Ну что, давай по существу? Будешь читать мысли своей девчули на близком расстоянии. Не обессудь, что освоил, тем и помогаю. Тебя уже клонит в сон. Проснешься в тот момент, когда водила доставит до места назначения. Спи, и не надо благодарности, покеда.
Гипнотический голос говорил в моей голове. В глазах появилась пелена и постепенно начало путаться сознание. Закрыв глаза, стал проваливаться в цветную воронку. Всеми силами пытался остаться в сознании, но цветная бездна, в которую меня засасывало не дала ни малейшего шанса. На границе сознания я отключился.
— Кирилл Аркадьевич, приехали, — услышал я сквозь сон.
«Я что, заснул по дороге? Когда такое было? — первые вопросы пришедшие в голову, принесли тупую боль в висках. Воспоминания ворвались в вялое сознание. — Какой-то пацан по имени Славик сказал, что я буду читать мысли Арсеньевой. Ладно, вот сегодня и проверим, — закрывая глаза, потер переносицу. Доставая из кармана пальто коммуникатор, посмотрел на экран, — Фразин с утра пораньше».
Арина
Поднявшись в приемную, не раздеваясь позвонила секретарше Громова, нажав на громкую связь, стала сбрасывать с себя плащ.
— Приемная господина Громова.
— Елена, здравствуйте, Кирилл Аркадьевич у себя?
— Арина? — послышался удивленный голос Горлиной. — Нет, он задерживается, что-нибудь передать? — чопорно спросила она.
— Нет, не надо, благодарю вас.
Положив трубку внутреннего телефона, стянула с себя шарф, подаренный Женькой. Походила по приемной туда- обратно, решив подняться и все же дождаться Громова в его приемной, как мы и договаривались с Фразиным. И плевать мне на Елену.
Выходя из лифта на последний этаже, пересекла светлый холл с диванами и пальмами в кадках. Старалась дышать ровно, с каждым шагом хоронила попытки восстановить дыхание от нервного мандража.
— Илья, ты где? Я уже поднялась. Давай быстрее. Думаешь Доронин нам понадобится? Смотри, тебе виднее.
В приемной главного босса я была пару раз, приносила документы, когда Фразин занимался его разводом. Сегодня разглядывать интерьер времени не было. Переступая порог открытого кабинета, мой взгляд зацепился за чашку, стоящую перед мужчиной на столе.
Надеюсь, я не выставлю себя круглой дурой?
— Кирилл Аркадьевич, вы уже пили с этой чашки? Ваш кофе отравлен.
Громов продолжал сверлить меня взглядом, от удивления глаза округлились.
Поверил? Или нет? Если заартачится, Фразин даст распоряжение проверить сумочку Горлиной на предмет жидкости в бутылочке из-под левомецитина. Наличие ее в сумке уже доказательство, да и кофе можно отдать на анализ. Чего он молчит, завис что ли? Так это мое любимое занятие.
За спиной услышала шаги, Фразин с Дорониным вошли в кабинет.
— Кир, у Арины есть сведения, что твоя секретарша подмешивает тебе в кофе какие-то капли неизвестного происхождения, — сразу с порога начал Илья.
Следом за мужчинами в кабинет вошла Елена, переводя глаза с одного посетителя на другого. Остановившись на мне, поджала губы.
Громов посмотрел на чашку черного кофе, далее перевел взгляд на секретаршу:
— Объяснитесь, Елена. Вы подмешиваете мне в кофе какую-то дрянь?
— Я? Кирилл Аркадьевич, это неслыханная наглость, кто вам такое сказал? — бросив на меня злой взгляд, ее лицо стало пунцово-красным. — Я сама готовлю кофе и мысли никогда не имела что-нибудь подмешивать. Это вздор.
— Нет, не вздор, это правда! — нервно высказала я.
