— Ты знаешь, Латинская Америка — она как корзина. Мусорная. Сюда летит все что проиграло или не нашло себе применения в Старом свете. Мы принимали всех. Проигравших в Испанской войне. Кубинских контрреволюционеров. Германских фашистов. Ирландских террористов. Сербских добровольцев. В девяностые сюда переехало много русских… Я люблю ходить в бар, принадлежащий одному типу, который в Белфасте немало людей покрошил. Из непримиримых. Он тут женился, бар у него, ирландский. Виски настоящий, с торфяных винокурен. К нему человек двадцать еще ходит, все — бывшие ИРА у них тут что-то вроде клуба. Ну и я хожу. Стаканчик пропустить, а заодно понять, стоит ждать проблем или не стоит. Так вот, недавно я услышал, как они говорили о Путине. Черт, эти парни просто влюблены в него и мечтают, чтобы он надрал, как следует задницу этой старой суке Британии. И вам заодно.
— Это ты к чему? — недобро поинтересовался Чикофф.
— К тому, что раньше насчет счастливчиков в бизнесе говорили: он слишком долго наверху. Такой становился врагом для всех и рано или поздно его находили с десятком пуль в теле. Или вовсе не находили. Он мог быть даже и не виноват в чем-то конкретно. Просто слишком долго находился в деле. И так думают не только мои ирландские друзья, так думают и сербы, и панамцы, которым вы задницу надрали…
— Заткнись и послушай. Да, мы слишком долго в деле. И только поэтому, черт тебя дери, ты ездишь на большом американском джипе, а не в кузове грузовика как на Кубе. И жрешь ты в три глотки, в то время, как на Кубе был голод. Если бы не мы — весь регион был бы одной сплошной коммунячьей Кубой, а ты в лучшем случае получал бы паек, работал бы в милиции и дрочил на дорогого лидера. Этого не случилось только потому, что на свете есть Соединенные штаты Америки. И дядя Сэм тратит деньги на таких подлых и неблагодарных ублюдков, как вы. А теперь выметайся на хрен из моей машины. Это собственность Соединенных штатов.
…
Люди и оружие пришли из Венесуэлы, сейчас между странами границы практически нет, с колумбийской стороны сплошной базар, где сбежавшие из боливарианского рая венесуэльцы толкают всё, что сумели вывезти, а спекулянты за твердую валюту продают то, что теоретически должно доставаться трудовому народу по карточкам. И это, заметьте, — первая по запасам нефти страна в мире. Вообще тем, кому не хватает социальной справедливости, стоило бы съездить, посмотреть. А еще лучше — пожить там месяцок. Быстро мозги бы прочистило.
Социальная справедливость — это когда мне жрать нечего — и тебе нечего.
Я тем временем прикинул кое-что, отъехал подальше в соседний город, и набрал номер телефона сеньора Васкеза. Трубка, понятно, была левая.
— Сеньор Васкез?
— Кто это?
— Друг Лариты. Помните?
— Не звоните мне больше.
Бросил. Я достал сим-карту, выбросил в урну и вставил другую. Выждав, снова набрал номер…
— Сеньор Васкез?
— Я сказал, не звоните мне больше.
— Послушайте…
— У меня из-за вас неприятности. Не звоните.
Бросил.
Я снова достал сим-карту, бросил в мусорку и вышел в палящий зной полудня
…
Американская система поиска берет свою основу именно здесь — еще в девяностые американцы, не имея тогда интернета, пытались — и успешно — найти и уничтожить Пабло Эскобара, который любил поговорить по телефону. Это им удалось, только сильно лучше, как я уже говорил — не стало.
Сейчас — система «Эшелон» отследила звонок и вывела на сервер АНБ, которое располагало одним из самых на данный момент мощных компьютеров в мире. Менее чем через полчаса (что все равно было много) — данные о звонке, точнее — о звонках — были в посольстве США.
— Два звонка, один продолжительностью 3.01, другой — 2.1, оба собеседника говорят на испанском, местный диалект. Разговор конфликтный. Запускать?
— Давайте…
Два разговора, перехваченные «Эшелоном», — проскочили быстро. Чикофф слушал — как и все американцы, он владел испанским достаточно, чтобы, по крайней мере, понимать собеседника.
— Собеседников установили?
— Один — Васкез. Профиль более девяноста процентов, да и телефон его. Второго сейчас устанавливаем.
— Откуда он звонил? Тот, второй.
— Сейчас… Урибия,
— Где это?
— Полуостров Гуахире. Шестьсот миль от нас.
— Что там?
— Провинция, глушь. Природный газ добывают. Там, в основном, индейцы, несмотря на то, что природа и море рядом — территория довольно бедная и запущенная…
— Дайте изображение с камер.
Сотрудник местной станции посмотрел на временного своего руководителя, стараясь скрыть недоумение и разочарование. Он был бразильцем, поступившим в Госдеп США, прошедшим короткие курсы подготовки для технического персонала и направленным в чужую страну в посольство. По специальной программе — после пяти лет работы на дядю Сэма, как и в армии — давали гражданство. Получив американское гражданство, он намерен был уволиться и присоединиться к сообществу программистов в Кремниевой долине…
— Сэр, — отчетливо сказал он, — там нет камер.
Утром полковник Галеев расстелил коврик, в интернете настроился на Мекку, начал совершать намаз.
