Сегодня обходится без криков. После разговора члены тренерского штаба приступают к работе. Тренеры по физической подготовке раздают энергетические батончики, гели и напитки. У нас есть батончики «Coco Pops» и «Jaffa Cakes» для тех, кто чувствует усталость. Мне нужна порция сахара. Майк Фелан и Рене Меленстен, наши тренеры, проводят личные беседы. Они делятся с нами своими наблюдениями об игре и построениях «Ливерпуля». Майк садится рядом со мной. Он считает, что я могу нагружать четверку защитников еще сильнее.
– Не стой перед их обороной. Попробуй вытянуть Шкртела и Аггера и создать пространство для наших полузащитников.
Я киваю.
Я глотаю свой энергетический напиток, ем «Jaffa Cake» и думаю о голах. Голы и победа.
Я забиваю; второй тайм, 46-я минута.
Превосходный удар с лета проходит мимо Рейны.
Через несколько минут я отличаюсь еще раз.
Мы побеждаем 2:1.
Суарес получает свое, но этого недостаточно, чтобы испортить настроение команды. Мы шумим и веселимся в офисе. За едой стоит очередь, что само по себе хороший знак. Когда «Юнайтед» выигрывает, все отправляются к столу, заваленному пиццей, рулетами фахита[20] и картошкой по-деревенски, толкаясь, пихаясь и заливаясь смехом. Все как сегодня. Все в деле. Все шумят, потому что безумно довольны.
Патрис снова включает «iPod» – он горит возбуждением, суматоха из-за рукопожатия уже забыта. На этот раз это бразильская танцевальная музыка, самба. Здесь так здорово после победы.
Если мы проигрываем, все иначе. После поражения – как 1:6 от «Сити» – никто не притрагивается к еде. Стоит гробовая тишина. Будто в церкви. Поражение – это самое худшее.
Если я понимаю, что мы играли плохо и заслужили потерю трех очков, внутри у меня появляется такое странное щемящее чувство. Мне стыдно за себя, я считаю, что мы всех подвели. Мне стыдно.
Даже если именно я был хорош, но мы проиграли, это не может служить утешением. Я могу отличиться дважды, но если мы уступим 2:3, я чувствую себя паршиво. Подсластить пилюлю не получится – это ужасно.
Не сегодня. Сегодня мы выиграли, а я забил два мяча. Что еще более важно – мы победили «Ливерпуль», и мы все еще в гонке за титул. Кто-то начинает глумиться над моментом, который я упустил в конце матча. Скоулзи хитро пропустил мяч. Это был прекрасный ход, который дал мне отличную возможность оформить хет-трик. Вместо этого я пробил мимо ворот.
Я делаю вид, что так и задумывал, и кричу в ответ:
– Хотел сыграть в стеночку со штангой, но промазал!
Я чувствую себя хорошо. Энергично уплетаю свою картошку по-деревенски. Слушаю самбу Патриса. Интересно, как завтра «Сити» справится с «Виллой». Думаю о следующем матче против «Норвича». И о том, что после него будет игра с «Тоттенхэмом».
Я думаю о том, что забью еще больше мячей, выиграю еще больше матчей.
Расскажите мне о взлетах и падениях.
В сезоне-2011/12 я провел 500-ю игру во взрослом футболе, но на этом список моих рекордов и достижений не заканчивается. Например, 10 сентября 2011 года в матче против «Болтона» я забиваю три мяча (игра закончилась 5:0) и становлюсь лишь четвертым игроком в истории Премьер-лиги, сумевшим оформить два хет-трика подряд (первый был во время разгрома «Арсенала»). Или вот, например: 18 октября я делаю дубль «Оцелулу» на групповом этапе Лиги чемпионов, обхожу Скоулзи и становлюсь лучшим английским бомбардиром в истории этого турнира.
Я даже получил лучший показатель по желтым карточкам. За весь сезон меня предупредили всего один раз, потому что я много работал над глупыми «горчичниками», которые собираю каждый год. Я держу рот на замке, когда судья принимает решение не в нашу пользу. Я не реагирую на игроков, которые специально выводят меня из себя.
Я чувствую, что мой темперамент меняется. Некоторые могут подумать, что это из-за того случая с «Вест Хэмом» или ужасного сезона-2010/11, но на самом деле это скорее результат моего возмужания. Я очень повзрослел за последнее время и поэтому успокоился. Люди забывают, что я был в центре внимания с 16 лет. В то время мои эмоции били через край, как у любого другого подростка. Даже четыре или пять лет назад, когда мне только перевалило за 20, мой энтузиазм и вспыльчивость были обусловлены незрелостью. Я был безрассудным на поле, отчаянно желая вступать во все отборы, отдавать все передачи, потому что был помешан на победе. Если кто-то говорил что-либо мне или моим партнерам в разгар игры, я резко реагировал на это – тем или иным способом. Я отвечал тем же или прыгал в следующем единоборстве слишком резко. Я был как фейерверк, который хочет взорваться.
Наверное, в этом возрасте такое поведение нормально. У людей столько энергии, порой слишком много. Добавьте к этому незрелость и получите опасную смесь. Я знаю, потому что прошел через это. Хотелось бы думать, что теперь с этим покончено.
