Я была беременна, когда он бросил меня. Но спустя долгие годы Тима снова объявился. И как, спрашивается, мне теперь преподносить ему такой "сюрприз"? Нужны ли мы ему? И самое главное — надолго ли его хватит в этот раз? Ведь мою любовь и честь стать отцом моему сыну нужно ещё постараться заслужить.
Пятью годами ранее
— Ты знаешь, перед тем, как в нас врезались, Кристина хотела мне что-то сказать. Я прям чувствовал, что это должно было быть что-то серьёзное. Что-то важное, — задумчиво произношу, отрешённо поглядывая в окно, в которое крупными каплями стучится дождь.
Этот вид из окна на двор хирургического отделения — единственное на что я смогу любоваться в ближайшие месяцы. Неизвестно сколько мне ещё придётся торчать в этой больнице.
Но хорошо, что живой… Это самое главное…
Кости? Кости срастутся. Не впервой.
Чего не сказать о сердце. Кажется, я больше не чувствую своего сердца. Сердечный ритм есть, но тепло внутри исчезло безвозвратно.
И всё из-за неё… Из-за Крис.
Как знал, что нельзя влюбляться в таких, как она. Лживых и лицемерных.
— И? — сидя у моей больничной койки, Гришка вскидывает бровь в ожидании продолжения.
— Что и? А потом в нас на всей скорости влетел её бывший или будущий. Теперь уже и не разберёшься, — стискиваю зубы от обиды, уничтожающей меня по частям. — Я оказался не нужен ей! Теперь так уж точно! Вот она её любовь! Ничего она не стоит!
— Хочешь сказать, что это всё? — удивлённо бросает друг. — Песенка спета?
— Да! — отвернувшись, отвечаю.
Не хочу, чтобы друг видел как мне на самом деле больно. Как меня дробит на мельчайшие куски от отчаяния. Крис… моя куколка… Она так и не пришла проведать меня после аварии.
Вероятно, сейчас занята своим очередным.
Притворщица!
— А что, если она всё-таки придёт?
— Не придёт! — категорично заявляю.
— Почему ты так в этом уверен?
— Ты мне в этом поможешь! Поможешь вывести Крис на чистую воду! Я с самого начала не верил ей. Как чувствовал, что она водит меня за нос, чтобы тем самым позлить бывшего и вернуть его.
— И что нужно будет сделать? Как я могу помочь, я что-то не врубаюсь!?
— Если увидишь её, скажешь, что я останусь инвалидом, — нехотя отвечаю. Самого коробит от этой идеи, но иначе никак. — Посмотрим, как она отреагирует.
— Ты же блефуешь, Тим!? — фыркает Гришка.
— В том-то и дело, что я настроен очень серьёзно! В том-то и дело!
— Но ты же её потеряешь!
— Значит не судьба! — обречённо пожимаю плечами.
Судьба вообще подлая штука… Но я и представить не мог, что она подбросит мне такое тяжелейшее испытание…
Так-с…
Остаётся вытерпеть какой-то час, а после можно будет спокойно пойти к себе в номер. Какой дурак придумал устраивать интервью с утра пораньше? Да ещё сразу же после рейса, который, к тому же, задержали. Мне пришлось лететь с пересадкой через Москву, чтобы успеть к назначенному времени. Я только час назад приехал из Казани в Новосибирск и вместо того, чтобы видеть красочные сны, торчу в переговорной комнате в ожидании репортёрши. Они же всегда задают одни и те же глупые вопросы. Поступили бы на сей раз хитрее: скопировали бы моё интервью из любого другого журнала, да и дело в шляпе. Сэкономили бы и мне, и себе кучу времени.
— Тимофей Евгеньевич, может быть вам налить чашечку кофе, пока ожидаете? — любезничает симпатичная сотрудница отеля, зайдя в переговорную.
Я поглядываю на наручные часы.
Да где же эта… кем бы она ни была.
— Принесите стакан воды, пожалуйста.
— Минутку.
Только девушка дотрагивается до ручки, чтобы открыть дверь, как она распахивается, врезавшись ей в лоб.
Репортёрша, чтоб её!
— С вами всё в порядке? — подскакиваю с места, чтобы быть наготове в случае, если девушка вдруг решит упасть в обморок от такого нехилого удара.
— Всё в порядке! Не стоит беспокоиться! — хрипит она, отшатываясь от меня.
— О, боже! Прошу прощения! — верещит репортёрша.
— Аккуратней нужно быть! — сердито рычу ей в ответ.
— Я… — начинает она судорожно глотать ртом воздух, убирая волосы с лица, — Я…я…. Господи, мне очень жаль!
Дьявол из преисподней! Да вы издеваетесь? Где я согрешил на сей раз?
— Т-т-тима? — заикается она, уставившись на меня ошалелым взглядом.
— Кристина! — произношу, как ни в чём не бывало.
Но на самом деле я стараюсь подавить своё же удивление, которое в эту же секунду успело перерасти в жгучую ненависть.
У Кристины вываливается папка из рук и все бумаги, что находились в ней, разлетаются по разным углам. Сотрудница к этому времени уже успела оставить нас, поэтому ей некому помочь с этим. Она суетливо собирает бумаги, искоса поглядывая на меня.
Крис изменилась: волосы её стали чуть темнее и появилась негустая чёлка. И теперь она носит очки.
Интересно, ослепла или же нацепила их, чтобы казаться умнее?
