- Нет, - признался Тингжэ, рассеянно отрезая часть камня, чтобы раскрошить в песок. – И он всегда хотел, чтобы с ним был кто-то ещё. И ведро с песком.
- Плохие условия, если есть другие варианты. В противном случае – сойдет. – Кьё оценивающе посмотрел на него. – У вас какая-то обида на этот камень, профессор?
Как ему лучше выразиться? И есть ли такие слова? Скорее всего нет.
- Вы все кажетесь… очень разумными.
- Для плохих парней? – улыбка Кьё была насмешливой. – Это всё вина капитана. Он месяцами был с генералом, а это заразно. – Он пожал плечами в броне. – Прошлой зимой мы были жалким зрелищем. Мораль была ниже ватерлинии. Мы даже не были экипажем. Просто кучкой матросов, которые не были никому нужны, и которых запихнули на один корабль. Так что если кто-то облажается, только мы одни пошли бы на дно.
- А. – «Безжалостно, но практично», - подумал Тингжэ. И куда лучше подходило к броне с маской-черепом из его кошмаров. – Но капитан Джи всё изменил?
- Капитан сам влез в парочку заварушек, - сказал Кьё. – Застрял вместе с принцем в изгнании. А это всего в одном шаге от того, чтобы тебя выкинули из флота, причем по-плохому.
Тингжэ нахмурился.
- По-плохому?
- Вам не надо знать.
Тревожное знание. Но, по иронии судьбы, его это успокаивало. Военные Народа Огня должны были нервировать, а не быть дружелюбными.
- Капитан нечасто об этом говорит, но принц заставил его подумать дважды, - продолжил Кьё. – Может, мы и штрафники, но принц работал. И если он не мог исполнить приказ так, как полагалось… Ну, иногда принц находил другие способы.
- Обучение покорителя огня с помощью горячей воды, - пробормотал Тингжэ.
Наблюдая выполняемые его людьми формы, Кьё бросил на него быстрый взгляд. Поднял бровь.
Тингжэ весело кивнул.
- …Надо будет поучиться у этого парня, - с иронией засмеялся Кьё. – Именно так, профессор. Капитан хочет порядка и дисциплины, и чтобы к концу дня корабль был на ходу. Помимо этого? Как мы выполняем работу – решаем мы сами.
Брови Тингжэ поползли вверх.
- Значит, у вас всё же есть причина защищать принца.
Кьё задумчиво посмотрел на него.
- Вы преподаете в старших классах, профессор?
- Вообще-то да, - признался Тингжэ. – Я чего-то не знаю, и потому пришел к неверному выводу?
- Не-а, - Кьё выглядел слегка самодовольным. – Хотя капралу Шони пришлось вколачивать здравый смысл в несколько голов.
- Мы принесли клятву защищать Народ Огня. – Шони аккуратно полировал один из своих маленьких кинжалов. – Один из наших величайших тактиков, который оказался прав, когда предупреждал об опасности духов на Севере, говорит, что духи собираются уничтожить наш народ. – Шони поднял голову. – Народа Огня – это не стены, не корабли и даже не острова. Это наши люди. Это огонь и кровь драконов. Поэтому мы исполним наши клятвы Хозяину Огня и будем защищать наш народ. – Сталь исчезла. – Если изгнание – это цена исполнения клятвы, мы её заплатим.
«Упрямый, как стены Ба Синг Се», - подумал Тингжэ. И сжал песок в камень, борясь с волной тоски по дому.
«Дом – это не место. Это моя семья: моя жена, мои дети, мой брат. Люди, которые приняли нас».
Определение дома Народа Огня. Ома и Шу, что он натворил?
«То, что должен был. То, что я выбрал ради моего клана. Духи, почему я вообще об этом думаю? Сейчас уже слишком поздно отступать».
Он знал почему. К несчастью.
- Вас что-то беспокоит, профессор? – вежливый косой взгляд Кьё явно указывал на то, что сержант знает, что это так. И примет «не твое дело» в качестве ответа.
«И я знаю это, потому что я знаю молчание Мейшанг», - понял Тингжэ. – «Я знаю женщину, которую люблю».
- Как вы справляетесь с этим, сержант? С… драконом?
- Хм-м, - задумчиво протянул Кьё. – У большинства всё не так плохо, как у лейтенанта. И уж точно не так плохо, как у принца. Драконье дитя, - пояснил он, когда Тингжэ приподнял бровь. – Плохой нрав, ненавидит, когда его загоняют в угол, и ненавидит ещё сильнее, если не может видеть небо. Помните об этом, и что они – последние, кого вы выберите в качестве дипломата, и всё у вас будет хорошо. – Слабая улыбка. – Лучшие в сражении. И они по-настоящему милые в детстве. Как маленькие котятосовята. Но тронь их детей… и готовь завещание. Если бы леди Урса была в Народе Огня три года назад, мы могли бы недосчитаться одного сына Азулона.
Тингжэ бросил взгляд на Шони.
- Капитан Джи рассказал об обстоятельствах ранения принца, - сказал капрал. – Разумеется, никто не может критиковать Хозяина Огня. Он – глава Мудрецов Огня, который выражает волю Агни на земле.
Интересная и рассчитанная пауза.
- Разумеется, - пробормотал Тингжэ.
- Но в большинстве случаев разумнее принять сдачу в начале дуэли, - заметил Шони.
- А. – Тингжэ яростно размышлял. – Помните, что я из Ба Синг Се, и совершенно уверен в том, что много не знаю о Народе Огня. Неужели тринадцать лет – достаточный возраст, чтобы сражаться и нести последствия этого?
- Ради чести, - кивнул головой Кьё. – Рекрутов не отправляют в Царство Земли, пока они не пройдут обучение. И отрастят побольше мозгов.
