Ещё один выдох, и он принялся разминать песок как мокрый сахар, пытаясь не думать о том, что только воля и покорение удерживают расплавленное стекло от его кожи. «Надо чтобы он был достаточно круглый, чтобы бросать, и достаточно большой, чтобы вместить немного топлива…»
Работа тянула из него силы, как удержание стабильного огненного шара. К тому времени, как он сформировал бугристую, отдаленно напоминавшую песчаник емкость, мир вокруг него немного кренился.
«Домой?»
- Ещё совсем чуть-чуть. – Зуко запихал остатки рубашки и синее пламя в каменную емкость, встал в низкую стойку, вытянув руки вперед в жест отражения…
Лед замерз, образовав узкую тропу от песка над самой поверхностью воды. Тропа тянулась в туман, всё дальше и дальше…
Она сжимала его чи как минога, высасывающая, голодная…
Зуко вышел из стойки, намеренно стукнув кулаком по черному песку.
- Ха!
Это было как сорвать рыбу-прилипалу со своей кожи. Было больно. Но пугающий отток чи прекратился.
- Вода – противоположность Огня, - прохрипел Зуко один из старых дядиных уроков. – Но если хочешь остановить воду… используй Землю. – Он закашлялся, беря дыханье под контроль. – Ладно, остановись до того, как кончится лед.
Мокрый от капель лед, скользкая от шторма металлическая палуба – разница была небольшой. Зуко шел по ледяной тропе с осторожным искусством: не торопясь, но и не мешкая. Технически говоря, лед всё ещё был соединен с берегом, так что он не переходил воду.
«Но если появится дух, я не хочу полагаться на формулировку… О, черт».
Конец пути. Темная вода плескала на лед, ставший прозрачным и хрупким.
- Так далеко, как я смогу, - твердо сказал Зуко. Отступил на шаг назад на более крепкий лед, сжал бугристую миску и нашел глазами цель. «Так… вон там!»
Полуразворот, и он бросил.
Треск. Треск…
Пора уходить. Огонь либо долетит, либо нет…
Торопливо возвращаясь на берег, Зуко невольно оглянулся на летящую миску и остающийся за ней след лазурного пламени. Спекшийся песок аркой упал вниз и ударил…
Прямо по носу.
Разбился.
Есть такие вещи, при которых даже магия самых темных духов не может удержать в коматозном состоянии. Чуткий нос дернулся, вдохнул огонь…
Зуко не слышал рева, скорее он почувствовал его: напор, который сплющил мир, расколол лед…
«Проклятье».
Он рухнул вниз, во тьму. Холодно, так холодно… он пытался задержать дыхание, но воздух ускользал…
«Я умираю.
Как там говорят: духи любят троицу?
Дядя. Дедушка. Простите…»
Давление. Не хватка голодной воды. Что-то длинное и острое, похожее на связку мечей.
Кашель. Мороз. И странная клетка из мечей, сжимающая его… Теплая?
Огромный золотой глаз, моргая, смотрел на него. Чувствительный нос выдохнул язычок синего пламени.
:Детеныш?:
Как Шидан. Как Рюко-химэ. Образы, а не слова.
Весь дрожа, Зуко потянулся вперед.
:Мои люди ранены. Спасительная кальдера. Грядущая опасность. Мои люди, против тьмы-что-крадет-души…:
Слишком много воды. Слишком много холода. Он не мог…
Тьма.
И, что странно, быстрое прикосновение теплого языка.
***
Саолуань рубила и пинала полдюжины стоявших перед ней тел, её веер-щит отбил в сторону ближайшего, а потом она затоптала очередную отрубленную руку ногами, прежде чем та смогла утащить её вниз. Кто мог подумать, что правильное обращение с мечом может так наглядно аукнуться? Отрежь кому-то руку, и о проблемах с его стороны можно забыть.
Но утонувшие не истекали кровью. Не отшатывались. Не останавливались, их части и куски по-прежнему ползли к ней и лежавшим без сознания покорителям у неё за спиной.
- Их слишком много!
- Это не подавляющий числом противник, - тяжело дыша, ответила Тэруко. Её огненный хлыст сбил мокрый труп с уступа, и он с хлюпаньем кувырком полетел вниз. – Это богатая целями среда!
«Я покажу тебе «богатую целями», ты, ходячая зажигалка…»
Липкий холод стиснул её лодыжку, и Саолуань споткнулась. «Нет!»
Она рубанула, даже когда её тянули вниз - длинный разрез, рассекший одного от плеча до бедра. Труп плюхнулся на землю, источая гнилостную жидкость, но утащил её за собой в поджидающие пальцы.
«Холодно…»
Похожая на мокрый лед плоть высасывала из неё жизнь. Как много лет назад были высосаны жизни её сестер-воительниц, обратившихся в увядающих старух.
«Дайте мне умереть. Я должна была умереть».
Но… рук, пытающихся разорвать её на части, было мало. Слишком мало для…
«Лангшу!»
Страх и ярость отогнали наползающую тьму.
- Тэруко!
- Агни! – Вспыхнул огонь, с шипением сжигая пропитанные водой тела…
Земля вздрогнула.
Внутренности Саолуань скрутил ужас, куда более сильный, чем от царапающих её рук. Монстры были монстрами, но земля была стабильна. Неподвижна. Вечна…
Трясясь подобно тарелкам с желе из водорослей, ковыляющие тела попадали, как детские шарики. Она почувствовала вибрацию в камне под собой, похожую на звенящий кристалл, на пение…
Кратер взревел.
Преодолевая боль, Саолуань повернула голову в холодном как смерть захвате и широко раскрыла глаза, когда дым, пламя и что-то ещё поднялись в небо. «Дракон. Это дракон…»
