Заговорил он, едва ли не по буквам произнося каждое слово, как Клэй, когда бывала вдрызг пьяна.
– Меня не уведомляют о важности задания, мое дело – выполнить приказ.
– Даже ценой жизни?
– Вы же из военных, капитан…
Руки у него не лежали спокойно, и я начала задумываться, сколько же он влил в себя кофе.
– …и вы знаете, что такое долг.
– Но ведь есть разница между долгом и слепой безрассудной верностью?
Он в ответ поморщился, лицо снова дернулось. Пальцы перестали шевелиться, сжавшись в кулаки.
– Не такой ли ход мыслей привел Внешних к поражению? – с неожиданной воинственностью вопросил он и ожег меня вызывающим взглядом.
Я не приняла вызова – отвернулась налить себе чашку кофе.
– Мы не проиграли, – холодно бросила я через плечо, подавив возмущение. – Просто после Пелапатарна прекратили драться.
Я вдохнула парок над чашкой и заставила себя расслабиться. Потом обернулась к нему:
– И смотрите, чтобы Клэй не услышала таких разговоров. И экзоскелет не спасет: она напинает вам задницу, а остатки вышвырнет из шлюза. Я понятно выражаюсь?
Мы долго смотрели друг на друга.
– Вполне понятно, капитан.
Я почувствовала, как горят мои уши. И пригубила кофе, скрывая обиду.
– Что вас сюда привело? – мой голос теперь резал, как тонкий и острый нож.
Чайлд обвел взглядом переборки:
– Я же объяснил, капитан: мне нужен был транспорт.
– Ваше объяснение я помню.
Он прищурился так, что в уголках глаз, как по старой коже, пошли трещинки. Похоже, мысли путались у него в голове.
– То есть? – спросил он.
– То есть не могу понять, что вы здесь делаете.
Я стала пить кофе. Он молча смотрел, ожидая продолжения.
И я заговорила – медленно, оформляя сомнения по мере их произнесения:
– Со второй, с Лаурой, еще понятно. Разбился корабль внешников, она их агент. А с вами – не понимаю. Вы из Конгломерата, какое вам дело до лайнера внешников?
Он сжал зубы. По лицу покатились капли пота.
– Я уже сказал: ищу одного пассажира, нашего гражданина.
– Зачем же так спешить?
Я шагнула к нему и попыталась придать голосу рассудительные нотки:
– Если кто-то выжил, мы их вернем. Всегда возвращаем, это наша работа. Зачем вам вмешиваться?
Чайлд поцокал языком. Зрачки у него сузились, пот заливал лицо, как при лихорадке.
– Я получил задание, – ответил он, – и для его выполнения мне понадобился корабль, который вы водите.
– Она сама себя водит.
– Но подчиняется вашим приказам.
В его голосе прорвались пугающие нотки истерики, а пальцы заскребли по панели подачи лекарств, вделанной в левое предплечье экзоскелета.
О черт!
Если он накачался боевыми препаратами, от него можно ждать чего угодно. Мог до одурения залить глаза амфетаминами и синтетическим адреналином.
Я умиротворяюще подняла руки:
– Давайте договоримся об одном. Я не вас везу. Я занимаюсь спасением, только и всего. А вы просто упали нам на хвост.
Мышцы вокруг левого глаза у него дергались, как от электрического тока. Вид – краше в гроб кладут. Экзоскелет поднял его на ноги одним плавным движением. С грохотом отлетел упавший стул.
– Нет! Я не отступлю! Кто бы что ни говорил…
У него опять свело глаз. Похоже, он уже не владел этой стороной лица. Что это, инсульт или какой-то припадок?
Я, памятуя о его усиленных механикой мышцах, отшагнула назад. Напомнила:
– Дом Возврата – независимая аполитичная организация. Любая попытка угрозы или захвата…
Чайлд взревел и прыгнул. Мои вскинутые руки он просто отмел в сторону. Одна его ладонь зажала мне рот. Другая стиснула плечо, покончив с сопротивлением. Он оказался так близко, что я чуяла запах его дыхания. Усиленные сервоприводами пальцы впились в дельтовидную мышцу, ссадив кожу. Зажимавшая мне рот ладонь смяла губы.
– Заткнись! – взвизгнул он.
Краем глаза я увидела вспышку – засветился экран на стене камбуза, на нем появилась аватара «Злой Собаки».
– Отпустите капитана, – приказала она.
Аштон Чайлд замотал головой. У него свело в узел всю левую половину лица. Щека дергалась и дрожала, растягивая угол рта. Веки возбужденно трепетали.
– Ничего подобного.
Пот залил ему лицо, жилы на шее вздулись кабелем высокого напряжения.
– Теперь я командую, ясно? – взревел он. – Будешь подчиняться моим приказам.
– Простите, но это невозможно, – извиняющимся тоном произнесла «Злая Собака».
Я попробовала достать его коленом, но Чайлд только усилил хватку на лице и плече. Пальцы его давили, как причальные зажимы, – клянусь, я почувствовала, как трещит моя челюсть.
– Не хочу убивать заложницу, – проговорил он, уставившись мимо меня безумными глазами, – но, если придется, убью.
«Злая Собака» вспыхнула:
– А я не хочу выгонять воздух из помещения, где вы находитесь…
Ее взгляд мог бы прожечь экран.
– …но, если придется, так и поступлю.
Чайлд ответил хохотом маньяка, и я ужаснулась, представив, как его механические пальцы раздавят мне череп.
– Блеф! – выкрикнул он в экран. – Ты ни за что не рискнешь своим капитаном!
«Злая Собака» ухмыльнулась.
– Вы совсем не знаете меня, – сказала она, – и не представляете, на что я способна.
– Знаю, что ты списалась со флота.
