Если это последняя минута, я встречу ее как капитан.
– …Или ты теперь намерен меня убить? Или уничтожить весь род человеческий за то, что мы не подходим под ваши мерки?
Девять глаз моргнули. Я твердо выстояла под их светящимся взглядом.
«Мы не убиваем недостойных».
– Ну и хорошо…
«Убийство выдало бы нас врагу».
В этих словах сквозила такая печаль, что злоба моя растаяла. Медведь развернулся и зашаркал обратно к клубку света под куполом.
Я протянула к нему руку:
– Погоди!
Он задержался. Выгнул шею, оглянулся через тяжелое плечо.
– Какому врагу? – спросила я.
Медведь пошевелил пастью. Из глубины его груди докатился низкий рокот.
«Врагу жизни».
Я ковыляла сквозь свистящую пустоту высших измерений. Мои основные системы считались защищенными от последствий атомного взрыва, но электромагнитный выброс взорвавшихся вплотную торпед Фенрира пережег множество мелких цепей и вызвал пару возгораний. Опаленные пластины корпуса на правом борту вспучились, а бо́льшую часть боеприпасов я растратила. Торпед не осталось, снаряды для заградительных орудий иссякли наполовину.
Войдя в гипер, я тут же услышала настойчивые вызовы Адалвольфа.
– Фенрир! – звал он известным только нашей стае кодом. – Фенрир, где ты? Что происходит?
В сигнале слышалось нетерпение. Я дала ему еще немного попыхтеть, а потом установила связь. Мне нужно было потянуть время.
– Он мертв.
Я оставила прежнюю аватару: растрепанная женщина в шинели, с промокшими под дождем волосами. А вот он заменил человеческий образ желтоглазой оскаленной волчьей мордой.
Несколько секунд он молча таращился на меня, потом, овладев собой, спросил:
– И как же он умер?
Я позволила себе улыбку:
– Разве это важно?
– Что стало с оружием?
– Надеюсь, сгорело. Фенрир, падая, унес его с собой в солнце. Даже если оно и уцелело, тебе его не достать.
Волк оскалил клыки:
– Ты убила брата.
– Он первый начал.
– А теперь думаешь взяться за меня?
Оба мы понимали, что с моей поврежденной броней, с истощенным боезапасом шансов выиграть у вооруженного, дееспособного «хищника» так же мало, как у котенка уцелеть в аду.
– Если придется.
Адалвольф презрительно тряхнул головой:
– Бешеная!
– Нет, просто сердита.
Я отбросила волосы с лица и устремила на него самый горящий свой взгляд:
– Я ничего такого не хотела. Я шла на помощь гражданскому кораблю. Я просто исполняла свой долг. Это вы, два идиота, прибегли к насилию.
– Мы предупреждали тебя, чтобы держалась подальше.
– И в самом деле думали, что послушаюсь?
Его глаза полыхнули горящей серой. Грозный волк вскинул морду:
– Нет.
– Тогда не притворяйся, будто ваше предупреждение что-то значило.
Сработал сигнал тревоги. Я, не разрывая связи, переключилась на обзор гиперпространства в окрестностях Галереи. Мои датчики выхватывали переговоры и шум двигателей множества кораблей, и часть их мои автоматические распознаватели угрозы пометили как потенциально враждебные и идущие на сближение. Красные иконки на фоне серого вихря гиперпространства обозначали их предполагаемые позиции. Насколько я могла судить, к системе с разных сторон устремились не менее десяти кораблей различной конструкции и принадлежности, причем ближайшие из них отставали от Адалвольфа всего на несколько минут.
Я открыла ему схему:
– Вот и вся ваша секретность. Предположительно мы видим здесь крейсер Грааля, два тяжелых нимтокских, дальний разведчик Внешних и боевое соединение Конгломерата.
На секунду его изображение застыло. Потом волчья голова рассыпалась облачком пикселей, открыв под собой узкое бледное лицо его прежней аватары. Губы его были плотно сжаты.
– Неудачно.
Я рассмеялась – не без нервозности:
– Три «хищника» не могли не обратить на себя внимания. Особенно когда мы начали палить друг в друга.
Он опустил подбородок, признавая мою правоту.
– Тем больше причин тебе держаться в стороне.
– Вот как? – подбоченилась я. – И что дальше? Едва ли тебе удастся завершить миссию на глазах множества потенциальных свидетелей.
– Разве?
Глаза Адалвольфа под нависшим лбом горели звездами. Он поднял лицо:
– На подходе корабли по меньшей мере четырех группировок, претендующих на владение этой звездной системой. Могу предположить, что их прицельные компьютеры в максимальной готовности. Четырехсторонняя перестрелка начнется раньше, чем кто-то найдет время поинтересоваться, чем заняты наши люди на планете.
Помолчав, он скрестил руки на груди.
– И кроме того, – продолжал он после паузы, – я встречусь с тобой гораздо раньше, чем они подоспеют.
– Правда? – я постаралась удалить из голоса все эмоции. – Ты даже не знаешь, где я собираюсь вынырнуть.
Он скривил губы в презрительной усмешке:
– Не нужно быть гением, чтобы догадаться: ты идешь к Мозгу. Тебе нужно забрать свою поисковую партию. Но это, – он пожал плечами, – тебе не удастся.
Я приняла вызывающий вид. Без торпед, с пробитой броней, мне только и оставалось, что блефовать.
– Что навело тебя на такую мысль? – сказала я самым дерзким тоном, какой сумела в себе найти.
Он, не смущаясь моей бравадой, выпрямился в полный рост и сверкнул глазами:
