Тяжелый, звероликий Битяговский бесстрашно пошел на толпу, избивавшую Волоховых. Толпа на миг опешила, чем не преминул воспользоваться Осип Волохов, кой успел укрыться на дворе дьяка.
Тут примчался на коне Михайла Федорович Нагой. Лицо его побледнел, когда он увидел мертвого царевича.
- Битяговские, Никитка Качалов да Оська Волохов сына моего зарезали!
- Кровопийцы! - в ярости воскликнул Нагой. - Бей их!
Но Битяговскому и его родичам удалось спрятаться в дьячей избе.
- Люди добрые, покарайте злодеев! Они, по наущению Годунова, убили царского сына. То - святотатство! Бог не простит душегубства. Цари - от Бога! Именем Христа, покарайте злодеев!
Посадские, вместе с Михайлой Нагим, хлынули к дьячей избе; высекли топорами двери и поубивали Битяговского, сына его Данилу и племянника Никиту Качалова.
Разгромив приказную избу, шандальный мастер Богдашка Неведров гаркнул:
- Айда на подворье Битяговского! Добьем злыдней!
- Добьем! - воинственно отозвалась толпа. - Буде терпеть мздоимцев! Поборами задавили. Народу - железа и кнут, сами же в шелках и бархатах ходят. Круши лихоимцев.
Ворвались в дьячьи хоромы: ломали, крушили, зорили сундуки, ларцы и подвалы. Дьячиху с тремя взрослыми дочками и Осипа Волохова нашли на чердаке.
Вот ты где упрятался, Каин! - наступая на Осипа, крикнул Богдашка. - К царице его на расправу!
- А с бабами чо?
- К царице!
Дьячиха воспротивилась:
- Не замай! Худо всем будет. Супруг мой, Михайла Демидыч, укажет вас в цепи заковать. На дыбу подвесит!
- На дыбу? Сучья порода! - пьяно выругался ражий154детина. - А ну, топчи баб! Соромь Битяговских!
Детина двумя руками разорвал на смачной дьячихе сарафан.
- Соромь!
Женку и девок предали сраму, а затем потащили на суд и расправу к царице. «Ободрав, нагу и простоволосу поволокли к дворцу».
Мария Федоровна оплакивала в Спасо-Преображенском соборе Дмитрия. В храм втолкнули дьячиху, ее дочерей и Осипа Волохова. Царица оторвалась от сына и, с безумным, горящим взором, шагнула к Битяговским и Волохову.
- Любуйтесь своим черным делом, злодеи. Любуйтесь! Возрадуйтесь, дети сатаны!
Битяговские закрестились, пали перед святынями.
- Нет на нас вины, матушка царица. Крест целуем!
- Прочь! - гневно закричала Мария Федоровна. - Прочь от креста, святотатцы! Люди, убейте погубителей царевича!
И была бы Битяговским смерть, но в ту пору вбежали в храм архимандрит Феодорит да игумен Савватий с послушниками. «Ухватили дьячиху с дочерьми и отняли их и убити не дали».
