В Углич на взмыленном коне примчал доверенный человек Михайлы Нагого, Тимошка Бабай. Конь так и рухнул перед каменным дворцом.
- На месте ли Михайла Федорыч? - взбежав на крыльцо, возбужденно вопросил караульного Тимошка. То был высокий, крепкий человек, с черными нависшими бровями, широким лбом и с густой, растрепанной черной бородой в сосульках. Глаза живые, проворные.
- Во дворце князя нет, Тимоха - ответил караульный в бараньем полушубке. За широким кожаным поясом его торчал пистоль, в правой руке - копье.
- Где ж он? Князь нужен немешкотно!
Караульный ухмыльнулся.
- Ищи Михайлу Федорыча у городового приказчика Русина Ракова. Третий день из его хором не вылезает.
- Опять новую зазнобу60 завел?
- Аль ты нашего князюшку не ведаешь? - вновь ухмыльнулся караульный. - Уж больно ему сенная девка Полинка поглянулась. Лакомая девка-то, хе-хе.
- Тьфу! - отчаянно сплюнул Бабай и побежал к хоромам городового приказчика.
Не вдруг он оказался перед хмельными очами князя. Русин Раков, давно ведая Тимошку, степенно молвил:
- Недосуг ныне Михайле Федорычу. Обожди часок.
Князь находился в одном из покоев хозяина, где тешился с молодой девкой Полинкой. Грех, конечно, но Русин Раков смотрел на любовные проделки Нагого сквозь пальцев. Михайла - старший из братьев, дядя царевича Дмитрия. Шутка ли! Жизнь не камень: на одном месте не лежит. Случись что с государем Федором - и на престол сядет Дмитрий. Михайла услуги приказчика не забудет, на Москву к себе возьмет, высокий чин положит. Всякое может приключиться. Вот и пусть пока с Полинкой потешается. Мужик в самой поре, а супруга его другой год чахнет, ей уж не до любовных утех. Не зря ударился Михайла в прелюбодейство.
- Ты вот что, Русин Егорыч, - крякнул в оттаявшую бороду Тимошка. - Передай князю, что у меня дело спешное. Из Москвы с важными вестями прибыл. А коль мешкать будешь, князь крепко осерчает.
- Ну, коль с важными - доложу.
Вскоре из теплой горницы вывалился заспанный, взлохмаченный, на большом подгуле Михайла Нагой. Глянул на Бабая осовелыми глазами, буркнул:
- Сказывай, Тимоха.
Бабай оглянулся на приказчика. Стоит ли знать такую весть Русину? Он хоть и доброхот Нагого, но чересчур языкаст. Весь Углич может взбулгачить.
- Да мне бы, князь, с глазу на глаз.
- Могу и удалиться, - обидчиво произнес Русин и закрыл за собой дверь.
Но Тимоха, человек предусмотрительный, наверняка ведал, что приказчик прислонил своё любопытное ухо к дверям. Приблизился к Михайле и шепнул:
- На Москве царь умирает, князь.
