Как заметил однажды один мудрый человек – к сожалению, не помню кто: «Если у вас развилась паранойя, это еще не значит, что за вами действительно никто не следит». Вряд ли подобная ситуация может считаться распространенной – все же беспочвенная мания преследования давно признана психиатрами хрестоматийным нервным расстройством. Но мой сегодняшний случай, как выяснилось, имел-таки под собой почву. Это делало его непригодным для включения в медицинские хрестоматии, зато позволило мне не предстать перед врагами с открытым от удивления ртом, а быстро сориентироваться в неблагоприятной обстановке.
Продажный ублюдок Демиург не был знаком с Созерцателем, что вовсе не мешало Созерцателю неплохо знать эту легендарную личность. Я достаточно понаблюдал за «Дэс клабом» и его проделками, чтобы не забыть голос и манеру общения толстяка-председателя. Поэтому едва первый пилот открыл рот и обратился ко мне, я моментально опознал его даже под светонепроницаемым забралом шлема. Личность второго пилота и то, как они оба здесь очутились, меня уже не интересовали. Затертое до дыр выражение «длинные руки мафии», как и моя паранойя, получили очередное доказательство того, что они возникли не на пустом месте. Южный Трезубец добрался до меня, а стало быть, в любую минуту может добраться и до Викки.
Само собой, я не подчинился требованию пилота. Стоит только кресельному бандажу меня обездвижить, и моя песенка спета. Вон, напарник толстяка пусть и уселся для отвода глаз за пульт управления, а пристегиваться, гад, не спешит. Хотя его кресло тоже оборудовано рамочным фиксатором. Почему это он медлит, хотелось бы спросить…
Но спросил я не его, а первого пилота. Причем задал вопрос лаконичный и емкий настолько, что, услыхав его, псевдоэвакуаторы сей же миг выказали свою подлинную сущность. А что им еще оставалось делать? Убеждать меня на словах, что я не прав?..
– Демиург?! – рявкнул я, резким движением открывая незакрепленный бандаж и хватая лежащий под рукой «Экзекутор». – И ты здесь, гнида паскудная!
Первым сорвал с себя маску толстяк, а у его сицилийского приятеля не осталось иного выхода, как тоже саморазоблачиться. Надо отдать им должное, парни разработали действительно неплохой план и практически на ура отыграли его начало. Кто бы мог предугадать, что, несмотря на их старания, я возьму и вдруг опознаю Демиурга по голосу?
– Убейте его, мистер! Он не статист! – заверещал Демиург, сжимаясь, как от удара, и пытаясь укрыться за спинкой своего кресла. Этому препятствовали габариты толстяка и опущенный ему на плечи бандаж, который он не снимал при посадке. – Убейте его, ради всего святого!..
Поскольку мой штуцер лежал нацеленным на Демиурга, первые два заряда я решил всадить ему в спину, а уже следующими пулями нафаршировать сицилийца. От грохота ружейного дуплета в не слишком просторном салоне «Блэкджампера», казалось, едва не вылетели стекла кабины и не распахнулись люки. Вдобавок выстрелы наградили меня звоном в ушах и частичной потерей слуха. В голове пронеслась мимолетная мысль, что следовало прислушаться к совету моего оружейника и сделать автоматический штуцер одноствольным. Как будто без этого выпендрежа «дальний родственник базуки» не обладал достаточной убойной силой! И что за блажь тогда на меня накатила? Наверняка лишь всеведущий дедушка Фрейд сумел бы докопаться до ее корней и вскрыть первопричину моей болезненной оружейной «гигантомании».
Но, вопреки моим ожиданиям, внезапно случилось то, что, на первый взгляд, не могло случиться в принципе. Я стрелял в Демиурга с пяти шагов и даже гипотетически не мог промахнуться. И не промахнулся, всадив обе пули в спинку пилотского кресла – аккурат между лопаток экс-председателя «Дэс клаба». Вот только второпях я не учел тот фактор, что нахожусь внутри не гражданского, а военного летательного аппарата, где безопасности экипажа было уделено повышенное внимание. Кресло толстяка, как наверняка и прочие сиденья в «Блэкджампере», оказалось пуленепробиваемым. Штуцерные заряды врезались в скрытую под мягкой обшивкой бронированную пластину и увязли в ней, словно заклепки. Демиург выжил, но заработал сокрушительный удар по хребту, от которого тряхнул головой так, что потерял шлем и едва не выплюнул собственные челюсти на пульт управления. Не будь толстяк прижат к креслу бандажом, точно расквасил бы себе лицо о лобовое стекло.
Поначалу я, разумеется, не понял, что сплоховал. Глянув на разлетевшиеся клочья кресельной обшивки и дернувшееся тело экс-председателя, я моментально перевел прицел на его напарника, однако тот уже нырком выпал из кресла на пол. Поэтому следующий мой дуплет разворотил лишь часть приборной панели на месте второго пилота, тем самым фактически упразднив на «Блэкджампере» Демиурга эту должность. Впрочем, сейчас сицилийцу и так было не до исполнения своих летных обязанностей. Он спасал собственную жизнь, ибо в барабане моего «Экзекутора» оставалось еще четыре патрона, и я собирался найти достойную цель для каждого из них.
