Декретом советской власти «О суде № 2» от 15 февраля 1918 г. апелляционный порядок, предполагавший возможность исследования доказательств в ходе проверки жалоб заинтересованных лиц или протеста прокурора, был упразднен. Устанавливалось, что при обжаловании в кассационном порядке суд имеет право отменить решение не только по формальным нарушениям, признанным им существенными, но и в том случае, если обжалованное решение явно несправедливо. После отмены решения кассационным судом дело передавалось на рассмотрение в новом составе суда. Кассационный суд имел право помилования и смягчения наказания. Таким образом, кассационное производство стало вбирать в себя некоторые черты апелляционного, прежде всего в части предмета проверки, которым в кассационной инстанции стали не только формальные нарушения.
Советское, а после распада Советского Союза и российское законодательство (первые годы) не знало института апелляционного обжалования. В нашем государстве был создан особый тип кассации, которая соединяла в себе черты классической кассации и апелляционного порядка пересмотра. Советская уголовно-процессуальная кассация была сопряжена с проверкой доказанности фактических обстоятельств уголовного дела, ревизионным порядком и правом изменять приговор не только в связи с неправильным применением материального и процессуального права, но и в связи с неправильным установлением фактических обстоятельств дела. Суд кассационной инстанции имел возможность вызывать заинтересованных субъектов для дачи объяснений, использовать дополнительно представленные материалы.
Вопрос о восстановлении в России апелляционного производства реально стал на повестку дня лишь в начале 90-х годов XX века. Концепция судебной реформы в РСФСР, принятая Верховным Советом РСФСР в 1991 году[718], предусматривала возможность апелляционного порядка пересмотра приговоров, вынесенных судьями единолично (как мировыми, так и судьями вышестоящих судов).
Однако апелляционный порядок впервые после революции 1917 года был возрожден лишь в 2000 году по настоянию Совета Европы[719], сначала только для приговоров, постановленных мировыми судьями. В таком же варианте апелляционное производство нашло отражение и в первой редакции действующего УПК.
Возможность пересмотра в апелляционном порядке лишь приговоров и постановлений мировых судей не выдерживала критики с точки зрения соответствия принципу равенства всех перед законом и судом, права на доступ к правосудию. Лица, интересы которых затрагивались приговором мирового судьи, имели право фактически на два пересмотра до вступления приговора в законную силу (апелляционный и кассационный[720]), а те, чьи права и интересы затрагивались приговором федерального суда, – лишь на одно обжалование приговора до его вступления в законную силу: в кассационном порядке. При этом и апелляционное и кассационное производство предполагало проверку и законности, и обоснованности, и справедливости приговора, невзирая на то что возможности непосредственного исследования доказательств в суде кассационной инстанции практически отсутствовали.
При этом апелляционный порядок (равно как и кассационный) в тот период был лишен такой значимой черты, как ревизионный порядок пересмотра. Иначе говоря, суд второй инстанции (апелляционной и кассационной инстанции) был ограничен возможностью проверки судебного решения: оно проверялось только в той части, в которой оно было обжаловано, и в отношении тех осужденных, которых касалась жалоба или представление. Лишь в случае, когда при рассмотрении уголовного дела устанавливались обстоятельства, касающиеся интересов других лиц, осужденных или оправданных по тому же делу и в отношении которых жалоба или представление не были поданы, допускалась проверка уголовного дела и в отношении этих лиц, при условии, что их положение не может быть ухудшено. Справедливости ради нужно сказать, что уже в то время Пленум Верховного Суда считал, что ревизионный порядок, т. е. выход за пределы жалобы или представления, соответствует смыслу законодательства, его назначению и необходим, поскольку оставление судебной ошибки не исправленной искажало бы саму суть правосудия и смысл приговора как акта правосудия. Фактически Пленум Верховного Суда возродил в судах апелляционной и кассационной инстанции ревизионный порядок на уровне судебной практики[721].
Порядок производства в суде второй инстанции был существенно изменен с 1 января 2013 г. Теперь это только производство в суде апелляционной инстанции, которое может состояться в целях проверки законности, обоснованности и (для приговора) справедливости судебных решений, не вступивших в законную силу, постановленных судами всех звеньев судебной системы России (гл. 45.1 УПК). Ревизионный порядок возвращен апелляционному производству на законодательном уровне (ст. 389.19 УПК). Кассационная инстанция стала средством проверки судебных решений, вступивших в законную силу.
