Я четко чувствую приближение моего светового меча. А теперь я чувствую и ее меч. Они приближаются, петляя по естественным трещинам в камне, которые часто используются для переходов от пещеры к пещере. Как это странно, странно в пугающем смысле предуведомления некоей трагедии, что я могу почувствовать Депу, ту Депу, что знаю, лишь в ее оружии.
[Росту]: «Ээ-э, а это пере… при… ощущение трагедии, короче, не переводится случайно на общий, как "у меня плохое предчувствие"? Потому что, понимаешь ли, теперь, когда ты упомянул об этом…»
Я тоже чувствую. Но плохие предчувствия сопровождают меня с той поры, как только я ступил на эту планету.
[Росту]', «Я вот что подумал… Ты же понимаешь, мы уже достаточно долго здесь сидим. Неужели тебе не приходила за все это время в голову мысль, что Депо послала нас сюда не для того, чтобы убрать Кара с дороги? Что если она послала нас сюда для того, чтобы убрать с дороги нас?»
Мне приходило подобное в голову. Но я запретил себе продумывать подобный вариант. Депа не такая. Обман не для нее… а уж тем более предательство. Она сказала, что придет к нам сюда. Это означает, что она придет. Сюда. - Она всего в нескольких шагах…
[Росту]: «А может, и… нет».
Ты…
[Росту]: «Ближе не подходи. Стоять! Я серьезно».
[Хоруун-кэльский журнал мастера Винду завершается не словами, а чем-то, напоминающим предупреждающий рык большого хищника].
[КОНЕЦ ЖУРНАЛА].
Ник замер в классической позе стрелка: пистолет в правой ладони, левое плечо немного выставлено, правая рука направлена четко вперед, левая ладонь обхватывает правую и рукоятку пистолету.
Целью его была еле заметная в трещине в глубине пещеры ухмылка из иголокзубов.
Мейс мягко и плавно, без лишних движений, поднялся на ноги.
– Не делай этого, Ник.
– Да я и не собираюсь, - признал Ник. - Но если придется, я выстрелю.
– Я видел, как он защищается от бластерных лучей. То же самое он способен сделать и против пуль. У тебя просто ничего не получится.
– Это ты так думаешь, - голос Ника был нехарактерно спокойным, а руки его напоминали по неподвижности горы. - Ты не видел, как я стреляю.
– Сейчас не время для демонстрации, - Мейс опустил ладонь на руку Ника и увел дуло пистолета вниз. - Выходи, Кар.
Из тьмы в трещине выступил лор пилек.
Виброщиты - на плечах.
В руках - два световых меча.
Мейс ощутил, как надежда и вера внутри окончательно иссякли. Осталась лишь безумная усталость/
Он так сильно, так долго старался верить в нее, и в себя, и в Силу. Он заставил себя поверить: он жесткой дисциплиной исключил из разума даже возможность провала. В конце концов, это же Депя, его падаван, почти его ребенок… Он знал ее всю ее жизнь…
Всю жизнь, за исключением нескольких месяцев: первых и последних.
Вэстор прошел мимо Ника, не обращая на молодого коруна никакого внимания, держа световые мечи на раскрытых ладонях.
Словно предлагая мир.
– Она попросила меня…
– Я знаю, - прошептал Мейс.
– Она сказала, что не хочет, чтобы твои потери здесь стали больше, чем уже есть.
– Я ничего не потерял.
И это было правдой: он не потерял ничего существенного. Не на Харуун-Кэле. Он потерял ее еще до того, как сделал первый шаг по трапу шаттла. Он потерял ее до кровавой резни в джунглях и до ее сообщения на диске-кристалле. Он потерял ее даже до того, как отправил сюда.
Депа Биллаба стала еще одной жертвой его ошибки на Джеонозисе.
Просто она умирала дольше.
На Харуун-Кэле он утерял лишь иллюзию. Сон. Надежду, столь священную, что он не решался признаться в ее существовании даже самому себе: фантазию о том, что когда-нибудь Галактика вновь будет в мире. Что все вновь станет на свои места.
– Может быть, тебе стоит присесть, догнало? - урчание Вэстора было настороженно-заинтересованным. - Ты не слишком хорошо выглядишь.
– Так это что, прощальный подарок, вроде как? - Ник убрал пистолет обратно в кобуру, но, казалось, теперь он пытается взглядом пробурить дыру в голове Вэстора. - Достаточно подлая шутка, если кому-то интересно мое мнение.
– Скажи своему мальчику, чтобы он следил за языком, когда говорит о Депе.
Мейс лишь молча покачал головой. У него не было слов.
– Я хочу сказать: это низко. А я в этом разбираюсь, уж поверь. Прощальный подарок - это и так уже жестоко, но отдать еще и световой меч, чтобы ты думал, что это она идет…
– Она отдала его не за этим, - мягко сказал Мейс. - Оба меча Кар отдает мне.
Рычание Вэстора в точности повторило мурлыкание лозной кошки: безжалостное, но, почему-то кажется, с долей симпатии.
– Она сказала, ты поймешь. Мейс отстраненно кивнул:
– Он ей больше не нужен. Ник нахмурился:
– - Не нужен?
– Это оружие джедая. - О,
– Да.
Мейс опустил голову.
– Она пытается сказать тебе… - Да Мейс закрыл глаза
У него больше не было сил видеть окружающее.
– Это убивает ее, - тихо сказал он. - Пребывание здесь. Те вещи, что она совершает. Если она останется, она умрет.
– Все умирают, дошало. Но Харуун-Кэл - это ее проблема. Здесь ее место. Она теперь знает это. Она принадлежит этой планете. Не джунгли убивают ее. Ты.
Мейс открыл глаза и встретился с неподвижным взглядом лор пилека.
