Робин разобрала уже половину почты и разложила конверты аккуратными стопками, когда ее вдруг окликнули по имени. Это была дейм Памела.
– О, вот вы где!
Робин в ужасе выронила конверт и подняла голову:
– Дейм Памела… я… я не хотела ничего трогать…
– Что вы здесь делаете? – спросила дейм Памела, но в голосе ее звучало скорее изумление, чем гнев, чему Робин была несказанно рада.
– Я увидела открытую дверь и не удержалась, заглянула сюда. Извините, пожалуйста, знаю, это непозволительно. Я не должна была входить сюда и вести себя как дома.
– Должна сказать, что вы действительно расположились здесь как у себя дома!
Робин вскочила с кресла:
– Боюсь, это все мое вечное стремление наводить порядок.
– Жаль, что мне несвойственно такое стремление, – заметила дейм Памела. – Как видите, кабинет в плачевном состоянии. Понимаете, личные помощники у меня как-то не задерживаются. Не понимаю, в чем дело, – сказала она, театральным жестом вознося руки к потолку. – Если вы знаете кого-нибудь, кто желает сидеть здесь, в глуши, взаперти и работать на скаредную старую актрису, вы же мне скажете?
– Вам нужен личный помощник? – уточнила Робин.
Дейм Памела утвердительно кивнула и прищурилась:
– А вы сами, случайно, не ищете работу? Похоже, вы замечательно справились с этим хаосом у меня на столе.
– О нет, у меня есть место.
– Очень-очень жаль, вот что я вам скажу, – произнесла дейм Памела, и они вместе вышли из кабинета.
