Уиллоу полностью

— Боже мой. Боже мой. — Он начинает смеяться. — Я не знаю, как иметь дело с такими вещами, совсем не знаю.

Может, из-за позднего часа или из-за того, что он так плакал, но Дэвид, кажется, оттаял. Он смотрит на неё, смотрит так, как не смотрел уже многие месяцы. Наконец, между ними устанавливается связь, и он поддразнивает ее, как раньше…

Ну ладно, ей хотелось бы, чтобы брат смягчился по отношению к ней, поговорил с ней, как раньше…

Но почему обязательно об этом?

— Ты бы не краснела так из-за простой поездки.

— Хорошо. Просто заткнись уже, ладно?!

— Конечно. Слушай, я предполагал, что это когда-нибудь случится, и думаю, ты выбрала правильного человека, потому что...

— Отдай мне мои вещи!— Уиллоу выхватывает у него обе книги и свою сумку.

— Без проблем. Просто... послушай... Ты не хочешь мне ничего рассказать?

— Нет.

— Ну ладно, может, я должен тебе что-то рассказать или, может, объяснить про...

— НЕТ! — Перебивает Уиллоу.

— Ну, тогда, может, Кэти нужно будет поговорить с тобой об этом? Я бы хотел быть уверенным, что ты...

— НЕТ! — Уиллоу не может поверить, что она говорит, а, вернее, изо всех сил пытается не говорить о подобных вещах с братом.

— Что в этом такого смешного? — Через несколько минут воинственно спрашивает она. Уиллоу уверена, что он смеется не над ситуацией, а над ней.

— О, просто я думаю, что, когда Изабель исполнится семнадцать, я запру её.

— Прекрати! — Она шлепает его по руке.

— Хорошо. — Он снова серьезен. — Но, Уиллоу, я не шучу на этот счет. Если ты хочешь, чтобы я что-нибудь тебе объяснил, или тебе нужно со мной поговорить…

— Мне и, правда,нужно, чтобы ты поговорил со мной! Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной! Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной! — Своей вспышкой Уиллоу пугает их обоих. В отличие от того раза с Гаем, она тут же понимает, что плачет. — Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной, — еще раз повторяет она, пряча лицо в ладонях.

— Уиллоу! — Дэвид поднимается с кресла, садится рядом с ней и за подбородок поворачивает ее лицо к своему. — Что такое? Что случилось? Ты… Он…

— Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной, но не об этих вещах… Я знаю об этомс пятого класса... Тебе нужно... Тебе нужно... Тебе... — Она дышит так часто, что едва может говорить.

— Хорошо, сделай глубокий вдох. — Дэвид садится рядом с ней на пол, обнимая ее одной рукой. Он пытается казаться спокойным, но Уиллоу может сказать, что он, на самом деле, очень взволнован этим внезапным припадком слез и понятия не имеет, что это может означать. И она удивлена не меньше его и не может не спрашивать себя, продолжатся ли их отношения таким же образом. Возможно, ее горе, застывшее на столь долгое время, теперь может вырваться наружу в любой момент. И если так будет на самом деле, сможет ли она это вынести?

— Помолчи секундочку, — продолжает Дэвид. — Просто помолчи секунду, а потом скажи мне, в чем дело.

— Тебе… Тебе… Намнужно поговорить о том, что произошло между нами, — в конце концов, говорит Уиллоу. — Нам нужно поговорить о них. Хоть они и мертвы, мы не должны считать их мертвыми. Их смерть не должна вставать между нами.Тебе нужно... Тебе нужно поговорить и со мной тоже. Ты должен сказать мне, насколько... насколько ты зол на меня, насколько разъярениз-за произошедшего. Тебе нужно поговорить и со мной тоже!

— Я… Я должен. Я знаю это…

Уиллоу вытирает слезы с лица и с удивлением смотрит на Дэвида. — Должен?

— Да. И может, за последние месяцы я сделал что-то очень неправильное. Я хотел поговорить с тобой, но мне казалось, что будет нечестным заставлять тебя заново переживать все это… Я никогда не знал, как заговорить о том, что случилось. Или когда. И я боюсь, что, если мы поговорим об этом, ты не сможешь продолжать жить по-прежнему, или я не смогу. И я думаю, что, может, лучше оставить все, как есть. Но очевидно, я и сам не понимаю, что говорю. — Он замолкает на секунду, протягивает руку к столу, на котором у неё стоит коробка с бумажными салфетками, и вручает ей несколько.

— Спасибо. — Уиллоу очень громко сморкается.

— Я... Я знаю, как говорить на эту тему, даже меньше, чем на предыдущую... — Дэвид глубоко вздыхает, и на секунду он выглядит в два или три раза старше своего возраста. — Мне так трудно думать о том, что случилось, и ещё тяжелее видеть, что это сделало с тобой. Так что я просто пытаюсь сосредоточиться на том, чтобы все наладить, заботиться о тебе, хотя ничего об этом не знаю. Но я стараюсь, пытаюсь сделать одну вещь — удостовериться, что не напоминаю тебе постоянно об этом, чтобы тымогла справиться с этим. И, кажется, ты справляешься. Я поражен, насколько хорошо ты справлялась со всем этим, и подумал, что снова напоминать тебе об этом, будет жестоко.