Кристиан снова поклонился выражая покорность, но старик показал ему знак рукой, чтобы тот сел рядом, а точнее напротив. Вокруг все было из дерева. Здесь царила жизнь. Шкафы с древними книгами и артефактами, которые переливались и сверкает стоило лучу солнца коснуться их. По стена ползли лапы растений, и свисали с потолка, словно люстра. Будто кто-то украсил этими живыми гирляндами все вокруг. На столе у старейшины он увидел шар. В нём был показан дом графа. Кристиан понял, откуда старику известно произошедшее. Злость стала кипеть в парне, но он не показывал виду.
— Ты заметил. Да, я следил за тобой и этой девушкой. Ничего не подумай, просто за период в несколько тысяч лет, никто из фамильяров, не находит себе пару в виде его подопечной. Но теперь ты нарушил это. Вы вернули порядок в наш мир. Осталось другое. Я могу подтвердить твой страх. Она именно там, где ты и думаешь, но сказать кто он или где они, я не могу. Стоит магическая пелена.
— Она в опасности. Но может можно как то узнать где она. У нас же с ней теперь двойная связь.
Старик посмотрел на юношу с сожалением, но и одновременно с поддержкой.
— Ты прав, но я не представляю как это сделать. То зло, чтоо сейчас этот демон вливается в себя, рождения за долго до нас. Но…
Кристиан посмотрел на старика с надеждой.
— Какое но?
— Две половинки, признанные парой всегда тянуться друг к другу. Она появиться, эта связь сильнее вас. Никто не в силах разрушить это. Даже то зло, что просыпается.
— Тогда что мне делать? — юноша не находил себе места.
— Только ждать. — старик покачал головой. Ему было жаль парня, вдруг старец встал и что-то достал из шкафа.
Кристиан присмотрелся и увидел в руках старейшины шкатулку. Тот открыл её и протянул Кристиану. В его руке оказался амулет. Он был из красного алмаза. На золотой цепочке красовалась роза.
— Что это? — фамильяр удивился, и залюбовался красотой кулона.
— Это амертикс, он призовет её, усилив твои чувства. Она почувствует твою боль и тоску. А теперь, ступай, я дам тебе знать если что-то узнаю.
Кристиан поблагодарил старца и поклонившись удалился. Он вернулся в замок графа где его уже ожидали друзья. Заметив их грустные лица, Кристиан насторажился и сел рядом с Клаусом.
— Что узнали? У вас такие лица, словно снова вернулись призраки.
— Нет, тут более серьёзное. — голос графа был глухой с нотками обиды и боли.
— Рассказывайте! — сказал фамильяр чуть резче чем хотел.
— Мы нашли Амели. Но…
— Что но?
— Её лицо было изрезано. — эти слова Дамиана прозвучали как приговор.
— Ах, и вы решили, что это сделала Катерина? Глупцы, да она не сделает это никогда. Потому что сколько бы боли ей не причинили, она простит. — Кристиану стало обидно за их подозрения, но сам он был уверен, что это не его малышка, сделала это. Это тот у кого она находиться.
— А у тебя есть новости? — граф смотрел на Кристиана с пониманием. Но тут раздался голос Скотта.
— Сир, извините, что позволяю себе такую наглость, но я согласен со словами сира Кристиана. Я тоже не верю, что мисс могла бы это сделать.
Все посмотрели на дворецкого, но его лицо выражало полное хладнокровие и уверенность.
— Почему это? Тебе же она в начале не понравилась. Ты относился к ней с подозрением.
— Так и было, сир. Но потом я узнал её намного лучше. Она спасла вас, хоть вы и разбили ей сердце. Однако она не только простила, но и помогла вам.
Граф кивнул.
— Ты прав, Скотт, как и всегда!
***********
Катрин открыла глаза, сейчас ей все казалось сном. Но стоило ей коснуться лица, то снова ей стало больно, но уже не от физической, а душевной боли. Она понимала, что теперь никогда не покажется своему возлюбленному. И сама никогда не посмотрит ему в глаза. И что он не согреет её в своих объятьях. Ей хотелось кричать, от тоски и обиды. От злости на то, что судьба так несправелива.
— Доброе утро! — Коул стоял в дверях с подносом, на котором дымел чай.
— Доброе, судя по запаху постели, то это твоя спальня?! — она улыбнулась, и даже забыла про все на свете.
— Ты угадала. Это моя спальня! — он подмигнул ей.
Она взяла в руки чашечку с чаем, который пах жасмином и ещё чем то очень сладким. Но опустив глаза увидела своё отражение на поверхности чая.
— А-а-а, нет, нет, нет!
Чашка полетела на пол, попутно разливая чай. Катрин схватилась за лицо и зарыдала так, как будь то её хоронили заживо. Коул сел рядом и прижал её к себе. Она вырывалась, говоря, что она уродина, и что не нужно ему видеть этот страх.
— Тише, для меня ты всё такая же красавица, ведь как я уже и говорил. Вижу я только красоту твоей души, а твое лицо всегда будет для меня прекрасно. Хоть у тебя вообще не будет лица. Ты прекрасна. Я не отвернусь.
— Ты… Почему всё это случилось со мной? Неужели я сделала, что-то за что меня так наказала судьба? Теперь это ничем не исправить.
Она уткнулась лицом в его грудь не позволяя ему поднять её голову и заглянуть в глаза.
— Я смогу немного залечить твои ожоги. Но полностью восстановить не смогу. Прости.
— Тогда я навечно осталась одна.
