Я не выдержала – кинулась к дверям. Пусть это опрометчиво и очень глупо. Но даже Ник не успел среагировать, и я беспрепятственно влетела в холл, распахнув ногой стеклянные двери. Передо мной была ужасная картина битвы. Туши мертвых волков с открытыми пастями и остекленевшими глазами на залитом кровью мраморе. На куски поломанная мебель. А главное – невозможный металлический запах крови, от которого тотчас же замутило, хотя раньше я никогда на него так не реагировала.
Я искала взглядом… буквально неистово шарила глазами по кровавому месиву в поисках Тео. Пусть мне неизвестно, как он выглядит в волчьем обличье, но мне казалось, только его увижу – тут же узнаю.
Его нигде нет… только кровь и трупы волков… Нет, не все трупы. Несколько раненых оборотней надсадно дышали, оглашая просторный холл жуткими хрипами. На кремовых панелях стен ярко выделялись капли темной, буквально черной крови, которая, толчками выбиваясь из ран еще живых, продолжала заливать когда-то до блеска натертый мраморный пол.
– Тео! – закричала я. Казалось, мной теперь управляли ужас и паника. Я бросилась вперед по красным скользким разводам. Но Ник поймал меня за плечо:
– Даша, стой! Мне надо прежде все проверить, а не то в запале битвы он может тебя порвать! Сейчас он – разгневанный волк!
Но никого искать не пришлось. Из левого вестибюля, тяжело шагая, появился огромный серый волчара с вздыбленной на загривке шерстью и подрагивающей верхней губой, частично открывающей страшный оскал. Весь покрытый кровью, словно его искупали в ванне с красной краской.
Не обращая внимания на нас с Ником, сильно хромая, он приблизился к лестнице и с трудом начал по ней подниматься. Я кинулась следом, ни на минуту не сомневаясь, кто это. Радость, что он жив, перекрыла даже нарастающие спазмы желудка.
Волк хромал все сильнее, с трудом преодолевал ступени, но упрямо шел вверх и хрипло рычал по сторонам, будто бой еще продолжался. Я медленно поднималась за ним, с замершим сердцем рассматривая тянувшийся по ступеням кровавый след.
Когда мы таким молчаливым сопровождением добрались наконец до комнаты, в которой я жила раньше, волк попытался открыть дверь, ударив по ней лапой. Но она оказалась закрытой. Вожак тяжело приподнялся на задние лапы, явно собираясь снести препятствие грудью.
Я, опомнившись, подскочила к нему, совершенно позабыв о предупреждении Ника, затараторила, стукнув по замку рукой:
– Тео, подожди минуту, у меня в сумке ключ, а тут вроде замок тот же самый.
Волк, не обращая на меня ни малейшего внимания, сел перед дверью в ожидании, которое я расценила как «добро», и помчалась к машине.
Ник был внизу, он в этот момент стаскивал раненых в один из кабинетов. Я резко притормозила посередине лестницы, вспомнив, что он тут был охранником. Может, и в машину не надо будет бежать?
– Запасные ключи от моей комнаты где? – поспешно перелетев последние ступеньки, скороговоркой выпалила я.
Он, тут же сообразив, о чем речь, кивнул в сторону стола охраны, тихо прибавив мне вслед:
– Там, в верхнем ящике… универсальный от всех кабинетов…
Рывком раскрыв ящик, я нашла там много разных ключей в связках и без, но только один был запломбирован в пластик.
– Спасибо.
Волк так и сидел перед комнатой, тяжело опершись на передние лапы, уткнув глаза в пол. С него натекла небольшая лужа. Это кровь предателей или его? Понять было невозможно. Он словно окаменел в своей неподвижности и на мое появление никак не реагировал.
Я быстро открыла ключом замок, распахнула дверь с забитым собачьим входом и, войдя вслед за волком, вскрикнула от неожиданности. Сама комнатка уже ничем не напоминала тот уютный уголок, в котором я провела почти месяц. Мебели не было, ковра тоже… голые ободранные стены и пол. Это все было понятно, но я не могла и представить, что на полу увижу израненного Кевина.
Миг я приходила в себя, потом вслед за волком поспешила к Киру. Волк обнюхал раненого человека и со стоном лег рядом.
Что мне с ними делать?! Я боролась со страхом, слезами и болью, которая поселилась в душе особняком, да так и ждала, чтобы впиться и рвать все в клочья.
Склонившись над Кириллом, попробовала привести его в чувство. Тщетно. Что с ним? Не понимаю! В душу стучалось настоящее отчаяние. Да, избит, да, в крови, но дыхание очень слабое, и, хотя открытых ран нет, в мышцах нет и намека на упругость. Не знаю, может, это нормально или естественно для оборотней, но меня это неприятно озадачило.
Пока возилась с Кевином, волк лежал неподвижно, не издав ни звука.
Я с трудом встала.
Меня буквально подкосило побоище внизу и найденный в ужасающем состоянии Кирилл. Первое, что нужно было сделать, кроме визита врача, конечно, – уложить как следует на кровать или диван. Главное – убрать с холода.
Дурманящий, сладкий до тошноты запах крови проник и сюда. Шагнув назад, увидела, что под волком снова натекла лужа.
– Боже мой, Тео.
