В его спальне явно царил техностиль. С любопытством осмотрела технику, кожаный диван и толстенный ковер. Точно – все практично, удобно, уютно, и ничего лишнего. Комнату украшали только огромные стеллажи вдоль стен, заставленные книгами.
– Наши комнаты такие же, кроме книг. Ты же знаешь, что любой член клана может жить здесь, когда захочет?
– Нет. Мы об этом не говорили.
– Клан, наш, по крайней мере, – очень преданные друг другу существа. Отношения, как в одной большой человеческой семье. Вот и Тео выделил каждому комнату, тому, конечно, кто пожелал.
Я оставила свой сарказм, припомнив кровь на светлом мраморе холла. Кто я такая, чтобы объективно оценивать, что у них и как…
– Ник, а что ты мне об этом так робко сообщаешь? – полюбопытствовала я, повернувшись к нему. Мой проводник улыбнулся. Я даже удивилась. Интересно, как дела у них с Сейррой?
– Наши все думают, что хозяйка выставит всех из дома…
– Э-э-э, передай, пусть заранее не волнуются, – рассмеялась я. Выдумают же! А кто за этим великолепием следит?
– Люди из клана. Тео платит большие зарплаты, они работают здесь как служащие в гостинице.
Пока он говорил, я подошла к встроенному шкафу, открыла его и, бегло осмотрев содержимое полок, спросила:
– А зачем он сейчас выставил меня?
– Даша… я не могу ответить.
– Почему? – обдумывая, во что сложить вещи, спросила я.
Ник, плюхнувшись на коричневый кожаный диван с подушками, тихо сказал:
– Передо мной он не отчитывается, а то, что я думаю, тебе знать не нужно.
– Это что-то связанное с бунтом?
– Нет. С работой.
Так и думала. Ну куда же сложить вещи?! Я еще раз огляделась.
Дверь внезапно распахнулась, и в комнате появилась улыбчивая пухленькая дама, с короткой прической, в строгом темно-синем платье. Аккуратные локоны эстетично обрамляли ее лицо, словно она только что сделала стрижку и укладку.
– Здравствуйте! Я могу вам помочь? – вежливо поинтересовалась она.
Я сразу поняла, кто аккуратно складывает вещи в этом шкафу.
– Вы не могли бы помочь собрать вещи Тео? Пока он болен, нужно что-то легкое и теплое… домашнее…
– Одну минуту!
Дама вышла и вернулась через минуту с пустой картонной коробкой. Пока она складывала одежду Тео, я взглядом спрашивала недогадливого Ника, кто это.
– Да… Даша, познакомьтесь, это Марина Олеговна. Душа и забота особняка.
Марина Олеговна, оставив на полке стопку маек, повернулась и, улыбнувшись, кивнула.
– Мне очень приятно, – сказала я в ответ.
Полминуты – и все было готово. Она вручила коробку с вещами Нику и спросила меня:
– А когда готовить комнаты вам?
Я смутилась:
– Ну что вы! Не беспокойтесь! Там еще столько дел. Пока не до переезда.
Мы вышли на улицу. В воздухе пахло морозом, небо покрылось сетью ярких звезд.
– Что-то совсем пусто тут у вас… – заметила я, оглядываясь на особняк с сияющими вечерним светом окнами.
Ник, засунув коробку под мышку, проворчал:
– Ничего, позже подтянутся. Дел много накопилось, пока взаперти сидели.
– Ник, ничего, если я спрошу тебя о Машеньке?
– Она уже бегает. Все с ней нормально. Бабушка следит.
– Хорошо…
Когда мы дошли по дорожке до ворот, я спросила, немного опасаясь, что такой вопрос у них считается невежливым:
– А Марина Олеговна, она кто?
– Еж…
Мне вспомнилась сказка о трудолюбивом ежике «Ухти-Тухти», которую в детстве читала на ночь бабушка, и я расплылась в улыбке.
На что Ник доверчиво сказал:
– Ты не смотри на ее мягкость. Попробуй нарушить порядок, мало не покажется! Ее даже Тео боится!
– А нечего порядок нарушать, она небось в каждую сложенную вещичку душу вкладывает! Вон домище какой уютный. Это же столько сил! – И уточнила: – Даже если делает не только она.
– Я вижу, вы друг друга поймете! – Ник хмыкнул.
Да, у нас с ним сложились почти родственные отношения, я уже это заметила. Скоро драться за игрушки будем.
– Еще бы! – высокомерно ответила я, по сценарию задрав нос.
Мы быстро миновали поворот и вошли в здание. Ник передал коробку мне и, сославшись на дела, убежал. Небось Сейрра заждалась…
Когда я вошла в комнату, обомлела! Тео сидел за рабочим столом и напряженно наблюдал за мной сквозь полуопущенные веки. Я закипела! В гневе швырнула коробку на диван.
– Ты сердита, – проговорил Тео очень тихо, без тени эмоций.
– Конечно! Я так и знала, что ты что-то задумал! А твои в клане слушаются тебя, как марионетки, боясь отказать.
– Естественно.
– Зато для меня неестественно! – рыкнула я, сурово воззрившись на умника, но без толку. И меня понесло: – Нет, ну это надо! Только открыл глаза – и туда же! Ты вообще головой думаешь? Может, ну его к черту, и я поеду домой, раз мешаю тебе творить глупости?!
Меня боялись сильные мужчины, а Даша ругала, как мальчишку. Это было что-то новое, но я определенно могу к этому привыкнуть. В ее силах вывернуть мое сердце наизнанку и растоптать мою жизнь, я давно в отношении к ней не узнавал себя.
Даша отбросила волосы в сторону нервным жестким жестом, который очень редко демонстрировала раньше, заодно одарив меня еще одним уничижительным взглядом. Да, она в гневе… С упавшим сердцем я осознал, как близок к потере. Она не шутит. В душе все сжалось и заныло.
