Безоблачный нежно-розовый рассвет обещал погожий день. Да, первые дни весны – точно по календарю. Первое марта, все в душе поет и ждет пробуждения любви! В моем случае – в прямом смысле. Не знаю, может, я уже привыкла спать сидя, может, просто нашла удобную позу, но сегодня у меня ничего не болело. Первое, что я сделала, обняла Тео и сказала:
– Боже мой, ну очнись ты наконец! Посмотри, какой прекрасный день! Я так люблю тебя! Безумно! – И поцеловала в нос, а потом крепко-крепко прижала к груди.
Какое-то быстрое движение… и у меня перед глазами появился долгожданный смуглый тип с блестящими глазами. Похудевший, бледный, но очнувшийся! Я не могла насмотреться в его чудесные глаза, забыв обо всем и о чем говорила – тоже, но он не забыл и насмешливо, в присущей только ему одному манере сказал:
– Ага! Я так и знал! Ты влюбилась в меня, да? – и поймал мои плечи своими руками.
Я замерла от теплого чувства, прокатившегося по телу от его прикосновения. Пока я раздумывала, что бы ему такое ответить, он опустил меня, посмотрев на меня вежливо и безразлично, словно моя резкость или отказ никак его не заденут. Но я-то знала, что это не так. Тео затаил дыхание. И я решилась.
– А разве ты сомневался?
Тео медленно протянул руку и заправил короткую прядку мне за ухо, заставив сердце стремительно забиться.
– Нет, не сомневался… – Он нашел уголок моего рта и на мгновение задержался там, словно впитывая нежный вкус. Меня пронзило до дрожи.
Дальше нам было не до разговоров, все утонуло в поцелуях.
Здравомыслие, вернись, где ты?!
Со слабым вздохом я привлек Дашу ближе, зарывшись лицом в ее душистые волнистые волосы. Меня заполнило чувство покоя. Я обнимал ее, прижимаясь не только телом, но и душой. Я нуждался в ней отчаянно, намного сильнее, чем она во мне.
– Тео, но ничего не изменилось. Мы, конечно, безумные. Но ничего у нас быть не может! Тебе надо жениться на чистокровной и растить нормальных детей! – Она волновалась и, отодвинувшись от меня, прислонилась к спинке дивана.
Я, впитывая пальцами бархатистую мягкость ее волос, ответил не сразу.
– Даша, почему тебя так волнуют полукровки? – Я попытался вновь притянуть ее к себе.
– Как это? У меня сложилось впечатление, что кто-то пытался сделать мне предложение? – Даша нахмурилась.
– И не один раз, если мне не изменяет память.
– И ты хочешь сказать, что дети тебя не волнуют.
– Ужасно волнуют. Как представлю себе этакого бутуза на руках, душа поет, – весело сказал я.
Даша немного смягчилась, но все же не отступила и, почти с отчаянием прикусив губу, выпалила:
– Но если детки родятся у оборотня и человека, они же будут полукровками!
Ох! Я и не думал, что это ее так серьезно беспокоит! На ее лице отразилось смятение, отчего она показалась мне еще очаровательнее.
– А… так вот в чем дело! – Я даже рассмеялся.
Даша напряглась.
– Даш, если бы так было, уже полмира стало бы оборотнями, а нас все меньше и меньше.
– Не понимаю.
– Тут другое. Если в брак вступают человек и оборотень, трое их детей будут людьми и только один возьмет признаки оборотня.
– Доминантные и рецессивные. Да? – уточнила она с удивлением.
– Да, они самые! – энергично подхватил я. – И даже тот ребенок, что неведомыми играми природы станет полуоборотнем, – еще неизвестно, сможет ли он когда-либо обращаться или нет.
– Да? Удивительно! – Даша глубоко задумалась.
– И мне тоже удивительно! Я много лет искал систему в появлении таких деток и влиянии наследственности на способности, но так и не нашел. Но это неважно. Такие дети сильны, почти как настоящие оборотни, если смогут оборачиваться, то живут почти столько же. Но, к сожалению, проходят все стадии покорения зверя в себе. Вот тут уже бывает всякое…
– Вот и я об этом! – с волнением подхватила Даша, глядя на меня распахнутыми глазами.
– Даш, но если так рассуждать, то детей вообще иметь нельзя! Машина собьет, в плохую компанию попадет, наркотики и прочее, – выпалил я. На самом деле это все совершенно не страшно, но Дашу я, кажется, так и не убедил.
– Мне от этого не легче!
Я взялся приводить аргументы:
– Зато, если полукровку-оборотня ударит машина, он выживет и срастит кости за два дня. Ну и много других преимуществ.
– Да? Если все же он станет таким и не сможет справиться со зверем, то что, ничего сделать нельзя? Или можно?! – с надеждой спросила Даша.
Вот ее деятельная натура и дала о себе знать. Хорошо, что я могу ее успокоить.
– Даш, я не потерял никого из полукровок с тех пор, как стал вожаком. Неужели ты думаешь, что своего ребенка я брошу на произвол судьбы?!
– Да… еще мне сказали, что ты полукровок отбираешь у матерей, – совсем тихо сказала она, сжав кулачки.
– Серьезно? И что я с ними делаю? – весело поинтересовался я, нежно раскрывая зажатые пальчики.
– Не знаю. Это мы не обсуждали, она сказала, что если у нас с тобой будет ребенок, то ты его заберешь, – совсем смущенно ответила Даша.
Ужас, сколько всякого она в себе носила! Прибью ее информаторшу! Нет, лучше отправлю к отцу! Я сильно разгневался, но нашел силы ответить:
