Ник медленно подъезжал к какому-то зданию, когда краем глаза я заметила что-то знакомое. Я повернулась всем телом к окну, пытаясь понять, что меня так зацепило.
Машина. Большая черная машина, припаркованная среди десятка других. Она или не она? Модель я не запомнила, только внешний вид…
– Ник! Стой! Мне надо кое-что рассмотреть! – категорично сказала я.
– Что? – Темные глаза и. о. начальника охраны совершенно беспардонно уставились на меня.
– Я хочу выяснить насчет водителя вот этого автомобиля! – Я ткнула пальцем в окно.
Ник поджал губы. Людочка, глядя на меня с непониманием, пока молчала, вцепившись рукой в сумку. Машина притормозила, свернув в специальный карман, обозначенный по периметру серыми осевшими сугробами. До машины, которая заинтересовала меня, оставалось около десяти метров.
– Я сам осмотрю! – рявкнул Ник, предугадывая мое желание заняться разведкой.
– И что? Ты знаешь, кого искать?
– Видно будет, – пожал плечами наш водитель, открывая свою дверь и бросая на меня раздраженный взгляд из-под ресниц.
– Но ты же не знаешь, что мне надо от ее владельцев! – Теперь уже я раздраженно передернула плечами, смерив Ника гневным взглядом. Но он меня не услышал.
– Он точно тебе не родственник? – с улыбкой спросила Людочка, едва он захлопнул дверь. – Я словно в детство вернулась. Когда спорила с братом. Ты помнишь, он старше меня на десять лет…
Некоторое время она с интересом меня разглядывала, а затем выглянула в окно – обозреть площадь, на которой мы остановились.
– Кто же он? Какое имеет отношение к Тео? – пробормотала я себе под нос, вспоминая внешность пожилого господина.
Ник, весь подобравшись, торопливо шагал к машине.
Только к вечеру я вернулся в кабинет, по которому метался встревоженный волк, иногда оглашая здание громким горестным воем. У двери уже толпились врачи и охранники, однако волка трогать не спешили.
Растерянная Валентина Петровна, заметив меня, покачала головой.
– Что с ним?! – всполошился я, подлетев к ней.
– Не знаю. Как Даша ушла, никого к себе не подпускает, – объяснила она. Волк, услышав меня, на время затих. Улегшись на пол ровно посредине кабинета, грустно взвизгнул и замер, напряженно наблюдая за нами, так, словно его пристальные глаза жили отдельной от тела жизнью.
– Вожака услышал, – тихо заметил кто-то из ночной охраны.
Да, вожака…
А что, если… промелькнула мысль, и я оборотился.
В волчьем состоянии моя рана находилась в худшем состоянии. Поэтому это был первый и сложный оборот после возврата.
Тяжело выпрыгнув из одежды, я медленно подошел к волку и подтолкнул его носом, побуждая подняться. Кевин послушно встал и начал скакать вокруг меня, призывая к игре. Он то припадал на передние лапы и весело махал хвостом, то поворачивал голову набок и следил за моей реакцией. Да, и волк у Кевина очень разумный.
Я медленно прошелся с ним по комнате, игнорируя замерших свидетелей, потом важно остановился и подождал, пока волк Кевина затихнет рядом, ожидая моего приказа.
Главное, чего всегда хочется любому человеку или животному, – быть любимым. Ну или хотя бы чувствовать себя нужным и почитаемым. И именно этого всегда и всем не хватает. Я, руководствуясь этим пронизывающим все в этом мире желанием, всем своим видом показывал расположение потерявшемуся волку Кевина. Выражая свое искреннее дружелюбие, я запел. Волк, внимая мне, словно зачарованный, мягко подпевал, одновременно пытаясь потереться о мою морду. Так он выказывал мне свое уважение.
Я стоял перед ним с высоко поднятой головой, задрав хвост вверх, держа уши торчком. «Вот он я – уверенный в себе волк! Я большой, сильный, властный и умный», – словно говорил мой вид. Кевин энергично приветствовал вожака, выражая мне любовь и почтение.
Ну вот, он совсем подчинился мне, я решил, что пора… и обратился в человека. Кевин нервно потоптался на месте, звучно царапая когтями пол, лизнул меня в руку и повторил оборот. Тяжело подобрался к дивану и со стоном рухнул на него, подтянув к себе меховой плед. В дверях радостно загалдели. Валентина Петровна зарыдала от радости, заразив счастливыми слезами всех остальных.
Я очень рассчитывал в своем эксперименте на непререкаемый авторитет и власть вожака, которому повинуются все.
И получилось!
Но мою радость притушил зазвонивший телефон. Оказалось, это Ник вызывает подкрепление: Даша кого-то обнаружила.
Подробно обсуждать, почему меня заинтересовал тот автомобиль, при Людочке мы не стали, а судя по тому, каким деловым Ник возвратился от той машины, он явно что-то разнюхал.
– Я разберусь здесь сам, а вы идите вот в то семейное кафе, – и небрежно показал через дорогу на белое двухэтажное здание с темно-красной вывеской «Мауси-котауси». – Звоните, когда захотите вернуться, я отвезу.
– Спасибо, – спокойно ответила я, помогая подруге выбраться из машины и не наступить в снежную кашу под ногами.
