– На Новый год одному парню из нашего дома петардой палец оторвало, – Влад, как всегда, ляпнул что-то никому неинтересное (а то вдруг кто-то не заметит, что он тут присутствует!).
– Да ты чего, Лесь? – не унимался Сашка. – Мне папка поможет, не волнуйся. Никакого членовредительства! Круто будет, лучше, чем на Дне города.
– Оставайся, Олесь! – сама от себя не ожидая такой душевной щедрости, сказала Лола. – Утром мой па на машине нас в город отвезет. Оставайся! Это же будет наш фейерверк! Наш общий!!!
– Ага, – сказал Сашка. – Прямо над головой. Будет офигенно!
– В электричках вечерних столько бухих и торчков ездит, что одной возвращаться я бы не советовал, – неожиданно сказал разумную вещь Олег. – Лучше встречай рассвет с нами. Я тебя не трону, не ссы!
– Пфф. – Олеська скривилась и села обратно на бревно. – Ладно, уговорили.
Лола не стала раздумывать, чей аргумент лучше подействовал на Олесю: ее, Сашкин или Олегов. А может, Олеська просто вспомнила про Полину, которая вот так же ушла одна в ночь и не вернулась. Так или иначе, больше с Олеськой Лола в тот вечер не говорила. Она допила шампанское и куда-то выбросила бутылку, а потом расхаживала по песку, босая и пьяная, то и дело наступая на шишки, спотыкаясь, падая, смеясь и повисая на шее у любого из парней, который подхватывал ее во время очередного падения. Ночь опускалась медленно-медленно, как входят в воду люди, которые боятся плавать: небо сперва побледнело, потом нежно порозовело, затем цвета стали сгущаться – розовый становился все алее, а бледная голубизна превращалась в синеву, и оба цвета стали наплывать друг на друга, сливаться в один – темно-фиолетовый, уходящий в черноту.
– Все, зажигаем! – прокричал Олег.
Лола увидела впереди, шагах в двадцати, их с Сашкой спины – и огонек, потом Сашка и Олег отскочили в стороны, что-то взметнулось вверх, бахнуло – и распустились огненные цветы, и полетели вниз, вниз, вниз – маленькими живыми звездочками.
Лола до этого видела фейерверки только издалека. В детстве, когда они ходили на день города, па сажал ее на плечи, чтоб она лучше могла рассмотреть огни, но тогда, стоя в толпе, среди множества других людей, она не испытывала ничего подобного. Те огни были далеко, а эти – вот здесь, сейчас, над ее головой. И падали, падали прямо на нее! Лола закричала от восторга. И тут же снова забахали, раскрываясь, лепестки цветов, огромных, в полнеба. Второй залп вышел таким красивым, что закричали все, хором, и парни, и девушки:
– Ура!
– С днё-ом!
А Олег, перекрикнув всех, завопил:
– С Но-вым го-дом!
Общий смех перекрыл даже грохот фейерверков. Лола не могла усидеть на месте, восторгом ее сорвало с бревна, и она скакала по песку, как безумная, подпрыгивая к небу, как будто желая коснуться летящих ей навстречу звезд.
– Ребята, ребята! – кричала она, а больше ничего не могла сказать, кроме этого одного слова. – Ребята, ребята!
Потом был еще один залп, и еще крики, и еще. А потом все погасло. Как-то резко стало темно, совсем. Лола замерла, остановилась в полной темноте, сначала удивленная, а через секунду – испуганная. Все, кто был рядом – Сашка, Олег, Олеська, Влад – исчезли, как будто их не было. И озера не было, и сосен, и камышей, и лодок, и бревна, и… Она одна посреди тьмы. Лолу охватил страх – как ее радость была громкой, так страх оказался немым – она стояла молча, не двигаясь, реальность как будто исчезла для нее, ничего не было в мире, кроме ее собственного дыхания и стука сердца.
Кто-то легонько коснулся ее руки.
– Лола?
Это был Сашка. Она узнала его по голосу. Она кивнула, не понимая, что он не видит этого, потом сказала что-то невнятное вроде «А?», и тут же рядом вспыхнул фонарик – к ним подошел Олег.
– Вот ты где! Далековато ушла, пошли!
Сашка взял ее за руку, и они двинулись в сторону бревна, там ребята разжигали костер, а когда он наконец разгорелся, сели возле него. Сашка обнимал Лолу, она положила голову на его плечо. Она чувствовала, что ему поначалу было неловко и тяжело, потому что у нее тяжелая сумасшедшая голова, но потом ему даже понравилось. Он коснулся щекой ее волос, и она ощутила рядом со своим лицом его дыхание. Больше ей не было страшно.
– Кто хочет в дом, давайте за мной! – скомандовал Олег, и кто-то пошел вслед за ним, Лола не следила, кто – потому что они в тот момент целовались с Сашкой.
Из черного, в ярко-красные розы, платья не так просто выпутаться, проще задрать его почти до подбородка. Зато стрижка короткая удобна – из длинных волос потом пришлось бы вычесывать песок. Но особенно мешали чертовы вездесущие шишки, исколовшие Лоле всю спину. Да и бревно – там был сучок, о который Сашка поцарапался. Но больше всего мешало то, что у обоих это был первый раз – и что они так мало знали друг друга. За эти одиннадцать лет в одном классе они едва ли говорили по душам хотя бы один раз, но вот так вышло, что Лола Шарапова и Сашка Трошкин лишились невинности на берегу озера под звездным небом, таким красивым, что ни один фейерверк не сравнится.
Как мы не видели эти звезды?
Они же тут были, и раньше были…
