Возражать было бесполезно, потому что получалось трое против одной. Кроме того, я привыкла слушаться бабушку во всем, и мне никоим образом не хотелось с ней ссориться. Я считала, что лучше уступлю ей, чем буду чувствовать ее недовольный взгляд. Все считали ее очаровательной. Она такой и была, причем порой до невообразимых пределов, но отнюдь не всегда. Она могла также и давать волю своему гневу до невообразимых пределов, и я — с тех самых пор, как стала что-то соображать, — предпочитала ее не злить. Поэтому я позвонила в хореографическое училище, сообщила, что проводить занятия в этот день не смогу, и мы отправились к доктору Монтальво. Я не смогла предупредить об этом Веронику и, выйдя, увидела, что она стоит и ждет меня на тротуаре вместе с Доном. Она правильно оценила ситуацию и не стала ко мне подходить, но пошла в некотором отдалении вслед за нами и шла так почти до дверей консультации, отчего я стала еще больше нервничать, опасаясь, что Лили ее заметит. Была Вероника мне сестрой или не была, Лили мне этого никогда бы не простила. Доктор Монтальво поздоровался со мной за руку, и я почувствовала, что руки у меня слегка дрожат. Задержав мою руку в своей и даже прижав ее второй рукой, он улыбнулся мне улыбкой, от которой у меня на душе стало спокойнее. Он предложил мне присесть и придвинул инвалидное кресло Лили к своему столу.
— Видишь ли, человек очень легко может вбить себе что-то в голову и войти в состояние улитки, — сказал он мне. — Ты поступила очень правильно, приведя ее сюда, потому что сейчас у нас пока еще есть возможность вытащить ее из этого состояния, — добавил он, обращаясь на этот раз к моей бабушке. — Переживать пока что не о чем.
Потом доктор сказал, что ему нужно поговорить со мной наедине, однако не стал выдворять Лили, а просто мы с ним вдвоем перешли в другой кабинет.
Там он сказал мне, что имеет значение только настоящее и что то прошлое, которое я уже не могу изменить, продлить и к которому не могу вернуться, значения не имеет, поскольку оно уже перестало быть реальностью. Я не могла снова стать маленькой девочкой и вернуть себе отца: это попросту невозможно. Что у меня было настоящего, реального — так это моя бабушка и мама. Именно они сделали меня счастливой и дали мне возможность стать красивой взрослой девушкой, какой я сейчас есть… Его слова вместо того, чтобы подбодрить, наоборот, подействовали на меня удручающе.
— Выкинь из головы этих призраков, иначе в конце концов сойдешь с ума. Живи своей сегодняшней жизнью, смотри в будущее, прошлое изменить уже нельзя. И будь осторожнее в выборе друзей, потому что в их число могут попасть люди, которые станут морочить тебе голову своими нелепыми фантазиями.
Он примерно три четверти часа обрабатывал своими разглагольствованиями мои мозги — мозги, в которых уже были Вероника, Анхель, Дон и мои предполагаемые родители, с которыми я пока не познакомилась. Все они не являлись для меня
Доктор Монтальво прописал мне какие-то витамины и таблетки, чтобы я спала крепче, потому что, хотя доктор и верил, что я сплю хорошо, он, по его собственным словам, заметил по моим глазам, что я не высыпаюсь. Лили взяла рецепты и сказала, что позаботится о том, чтобы я принимала эти лекарства.
Лаура вышла на улицу намного позже, чем обычно, причем вышла не одна. Она толкала перед собой инвалидное кресло на колесах и смотрела исключительно прямо перед собой, тем самым давая понять, что сегодня мне нельзя провожать ее в хореографическое училище. Мне пришлось придержать Дона, чтобы он не бросился к ней. Когда он начал лаять, я быстренько повернулась к витрине и сделала вид, что разглядываю ее. Вся та сила, которой у Лили уже не было в ногах, была у нее в голове, и она замечала вокруг себя буквально все. Ей ведь уже много лет приходилось тянуть за уши по жизни незамужнюю дочь и то ли украденную, то ли купленную внучку, и это заставляло ее никогда не терять бдительности и постоянно быть начеку. К ней подходили поздороваться какие-то прохожие, и тогда она придавала своему лицу добродушное выражение и отвечала на приветствия певучим голоском, чем-то похожим на голос капризного ребенка. Я пошла вслед за ней и Лаурой, держась от них на расстоянии.
