— Возможно. Забитая мать, как женщина, не дающая достойный пример, все те девушки, что проходили через мою постель, и желающие либо развлечься, либо материально поиметь с мажора, не располагали к влюбленности. Честно я и не знал этого чувства, пока не встретил тебя, Рыжая, — криво усмехнулся, оттаивая взгляд.
Руслана отняла ладони, спрятав под стол, испытывая раздвоенные чувства к мужчине. Жалость, недоверие, нежность и осторожность. Ранимый подросток и жесткий мужчина жили в одном теле.
— Тебе просто не встретилась правильная девушка. С того контингента, что тебя окружал, вероятность ее появления была ничтожна.
— Может, ты и права. Меня тихони боялись и обходили за версту, а я их и не замечал, вращаясь в порочной среде. И меня это долгое время устраивало. До одного момента.
И так посмотрел на Руслану, пылко, проникновенно, до жара в груди, скатывающего к низу живота, что женщина опустила взгляд, боясь выдать ощущения.
— Едва увидел тебя, как загорелся. Ни о ком думать не мог. А учитывая, что никогда ни за кем не ухаживал, то и способов завоевывать женщину не знал, кроме как соблазнить, купить или украсть. Да мне и никто не отказывал раньше. Скорее стоял выбор: какую взять первой, — саркастично усмехнулся.
— Сатир ты, Керимов! Казанова гребаный! — вскочила со стула обиженная Руслана.
Кровь на адреналине прилила к вискам от воображаемых картин с участием мужчины. Сотни страстных разноликих женщин с ним, как Рауль ласкает их, трахает в разных позах и получает удовольствие. Вспышка ревности пронзила так неожиданно, что напугала. Руслана, не выдержав горящего взгляда, выскочила из столовой.
— Руслана, ты куда? — прокричал вслед Рауль, удивившись поведению женщины.
Встал следом и отправился на ее поиски. Поднявшись до спальни, подергал дверь, но понял, что беглянка закрылась изнутри.
— Руся, открой дверь, давай договорим.
— Пошел прочь, — отозвалось глухо из-за разделяющей пространство двери.
— Не уйду. Открой или сломаю.
— Ломай, дом твой.
Послышались всхлипы, которые женщина тщательно пыталась сдержать.
— Руслана, ты что плачешь? — удивился Рауль. — Тебе жалко мальчика, да? Не смей меня жалеть, я давно вырос и сам могу обидеть кого хочешь!
Так и не попав в обитель женщины, припал спиной по другую сторону двери, безмолвно страдая от непонимания и неразделенных чувств.
Но Руслана плакала по другому поводу. Сама себе боялась признаться, что влюбилась в это чудовище и принятие поведения Рауля в какой то степени оправдывало его поступки. Но больше всего оказалось бесил факт ревности, злости на его богатое женщинами прошлое. И где вероятность, что озабоченный сексом мужчина остановится лишь на ней? Ведь за неделю, что она живет в его доме, он так и не приходил ночью. Возможно справлял нужду с другой. А она здесь ради его сына. От тягостных дум разболелась голова и видеть Рауля она совсем не желала. Одно радовало, что сыну все нравилось. Леония и Эльдар гуляли с малышом по очереди или вместе. Эдем тянулся к отцу, а тот в свою очередь не скрывал любви к малышу и баловал вниманием и игрушками.
Первую годовщину Эдема решили отметить в узком семейном кругу. Османов и Рауль не поскупились на создание праздничной атмосферы. Надувные яркие шары и в форме игрушек развесили в гостиной, мягкие игрушки, большой автомобиль для самостоятельного управления и сладкий стол. Торт в форме машинки из мультсериала “Тачки”. Эдем за считанные дни, чувствуя годовалый рубеж, заметно повзрослел. Ходить стал на более длительное расстояние, почти не держась за предметы мебели и повторять больше слов, коих в его арсенале насчитывалось более двадцати. И всякий раз, замечая на себе взгляд взрослых, неизменно одаривал широкой улыбкой, мелькая восьмью зубами.
Руслана ограниченная в выборе выходного гардероба, надела летнее платье из сатина, баклажанового цвета с закрытым декольте, но открытыми руками и пышным коротким подолом. Оглядев себя в зеркало, осталась довольной, пошла встречать гостей.
Рауль, заметив ее наряд, остановился, так и не ступив на лестницу. Сдерживая эмоции все то время, что желанная женщина находится рядом, тут не выдержал:
— Ты специально оделась так сексуально, чтобы весь день меня сводить с ума? — сердито упрекнул Руслану, пристально разглядывая ее снизу вверх.
— Но Рауль, у меня нет другого подходящего наряда. Не в футболке и джинсах же отмечать праздник, — сконфуженно ответила, а в душе радуясь, что ее гардероб не остался незамеченным.
Керимов сжал ладони в кулаки и оскалился. Кивнув головой, что-то пробурчал под нос. Чуть успокоившись, снова поднял взгляд на застывшую на ступенях женщину.
— Спускайся сюда.
— Ты злишься. — констатировала, ослушавшись, не двинулась с места.
— И что с того? — хмыкнул, скривив рот. — Иди давай, не съем я тебя. Как раз за тобой шёл.
