— Алиска, не надо на меня так смотреть. Я же извинилась, — теперь уже Диана обиженно надувает губки. — Мою курсовую работу не приняли. Пришлось задержаться на кафедре и переделывать черновик. Но разве этому ослу что-то докажешь, — она рассказывает подробности и досадливо машет рукой.
Я понимающе киваю. Профессор Игнатов — тот ещё зверь и гоняет своих студентов как солдатиков на плацу. Мне повезло, что мой научный руководитель — худенькая старушка-профессорша, которая совершенно не разбирается в интернете, планшетах и прочих инновациях, которыми я напичкала свою курсовую работу. В её далёкой юности журналисты знали только радио и телевидение, поэтому я активно этим пользуюсь. Впрочем, всё это в один момент потеряло для меня значение. Какой смысл доучиваться? Поработать по специальности я всё равно не успею. Каждый прожитый день неумолимо приближает меня к печальному итогу. Но я стараюсь не унывать и получить от жизни всё, что ещё смогу успеть получить. И если мой замысел удастся, я буду считать, что прожила свою короткую жизнь не зря. Только бы мой план сработал…
Родить ребёнка. Вот что я хочу сделать как можно скорее. Пока ещё есть возможность.
В моём случае часики тикают в прямом смысле быстрее, чем мне бы того хотелось.
Весь последний месяц я как проклятая бегала по больницам, сдавая всевозможные анализы, чтобы убедиться — будущему малышу моя болезнь не помешает. Он родится здоровым — при условии, что я найду такого же физически здорового отца.
Моя жизнь не сложилась, и скоро я уйду за грань. Ребёнок — моя последняя возможность что-то оставить после себя, ухватиться за ускользающую жизнь — пусть не своими руками, а крошечными ручками собственного ребёнка…
Эгоистично? Глупо? Возможно.
Час, отведённый мне для материнства, ничтожно мал, но я не хочу упускать шанс. Я буду любить малыша так сильно, что хватит и на десять жизней вперёд. Мой маленький комочек счастья. И что скажут другие по этому поводу — мне абсолютно наплевать. Ребёнок — моё последнее послание. Мой прощальный подарок этому миру.
Однако слушая Дианочку, я всё равно изобразила сочувствующее выражение лица. Даже вздохнула для приличия. Диана — ходящее недоразумение, вечный источник неприятностей для себя и окружающих. Всё, что она делает, обычно выходит боком и другим, и ей самой. Поэтому когда она вызвалась мне помочь, я согласилась не сразу. Но времени катастрофически мало, поэтому Диана с рвением приступила к реализации нашего «плана».
Дианочка продолжала жаловаться и вдруг резко взбодрилась — я увидела, что наш заказ уже несут. Официант ловко расставил на столе наш более чем скромный обед, и Диана жадно вгрызлась в кусок пиццы, а затем, жуя, пристально уставилась на меня.
— Ну, что же ты молчишь? — нетерпеливо спросила она. — Я тут распинаюсь, но ты ведь знаешь, почему я тебя позвала сюда.
— И зачем же?
— Не догадываешься? — Дианочка кисло улыбается. — Почему ничего не рассказываешь? Мы же собрались отметить! Или ты хочешь сказать, что… — её взгляд сразу потухает.
Я молча кладу на стол тест на беременность. Диана привстаёт от нетерпения и, широко раскрыв глаза, разглядывает его.
Тест, на котором только одна чёткая полоска.
Глава 2
— Сочувствую.
В голосе Дианы я действительно слышу сожаление. Кислое выражение её лица сменяется кисло-виноватым. Она прячет взгляд, словно чувствует свою вину. Впрочем, в какой-то мере это так и есть — ведь это именно она, используя все свои связи и возможности, свела меня с Денисом Егоровым, одним из самых красивых и успешных парней нашего института. Правда, его красота с лихвой компенсировалась отсутствием интеллекта, но на курсе его всё равно держали — исключительно за красивые глазки. Большинство преподавателей пророчили ему карьеру телеведущего. Странно, что он вообще снизошёл до меня, ведь его родители довольно обеспечены, а я — бедная сиротка.
Мы встретились лишь раз, и то тайком от его институтских приятелей. Но наверное, когда девушка вроде меня без всяких ухаживаний раздвигает перед парнем ноги, даже у красавчика мозги напрочь отключаются. Во всяком случае, Денис не растерялся, услышав мои прямые намёки, и оприходовал меня прямо в студенческой раздевалке. Всё было даже хуже, чем в мой первый раз. И почему к Денису выстраивается очередь желающих? И его размеры, и способности на слабую троечку из пяти. Стыдно вспомнить, но я сбежала почти сразу, как всё закончилось — в аптеку, за тестом.
— А может, тест ошибочный? — с надеждой спрашивает Диана. — Ты сделала повторный?
— Пять штук сделала, — я лишь развожу руками. — Я не беременна. От слова совсем.
Диана яростно кусает губы от досады. Затем снова вгрызается в пиццу. А мне кусок в горло не лезет, хотя пять минут назад я была очень голодна. Я только медленно помешиваю ложечкой кофе в своей чашке.
— Но как же так? — задумчиво спрашивает Диана словно саму себя.
— Денис предохранялся.
— Вот как, — подруга нахмурилась. — А ты что?
— Я проколола презик.
— И не помогло?
— Как видишь.
— Очень плохо, — резюмирует Диана. — Может, ты попробуешь с ним ещё раз?
