— Дарси, — резко выдохнул он, — если ты подпишешь контракт, не имеет значения, что будет между нами. Если сочтешь нужным, можешь уйти хоть сейчас. Ты свободна, тебе не нужно притворяться, что тебе хорошо в браке. Будь честна со мной, я все пойму.
— Думаешь, все это время я не была честна с тобой? — спросила она.
Дарси видела его колебания, и это ужаснуло ее. Неужели Элиас догадался о ее чувствах к нему?
— Полагаю, последние два года ты была вынуждена сдерживаться, чтобы не высказать мне всю правду, — сказал Элиас с горькой усмешкой. — Тогда ты боялась увольнения. Теперь все иначе, я хочу, чтобы ты была со мной предельно честной, Дарси.
Честность — это все, чего он хотел. Не любви. Это чувство приносит лишь страдания.
— Ты почти так же недоверчив, как я, Элиас. Но ты сильно ошибаешься, если думаешь, что за мою честность нужно платить.
Элиас не поверит ей, даже если она скажет правду… Еще вчера ей казалось, что они в состоянии построить нечто серьезное, но этому не суждено сбыться.
— Я все еще хочу, чтобы ты подписала его, — упрямо сказал Элиас.
— Этому не бывать. — Дарси подавила в себе все чувства, кроме гордости. Что-что, а скрывать истинные эмоции она умела… — Никогда!
В глазах Элиаса отразилась боль. Дарси не рассчитывала, что ее отказ причинит ему страдание, и это обескуражило ее.
— Значит, ты не готова принять мою помощь, — заключил он. — Возможно, это к лучшему…
Дарси поняла, что все слова сказаны, а значит, пора уходить, чтобы избежать неловких сцен.
— На самом деле я тебе не нужен, Дарси, — внезапно добавил Элиас. — Тебе никто не нужен.
Его слова ошеломили Дарси. Похоже, это действительно так…
Она закрыла лицо руками, боясь расплакаться.
— Прости, что втянула тебя, — Дарси бросила бумаги на стол, — но мы оба знали, что все это не продлится долго.
Элиас словно окаменел, Дарси не могла распознать на его лице ни единой эмоции. Перед ней стоял прежний Элиас, такой же холодный, бесстрастный и сдержанный, как раньше.
— У тебя будет Лили. Я уверен, ты добьешься своего, — сказал он. — И я всегда буду делать все, что в моих силах, для вас обоих. Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, просто скажи.
— Я не могу оставаться здесь. — Дарси огляделась в поисках выхода, осознавая, насколько чужим был для нее этот дом.
— Нет, пожалуйста, останься. — Элиас мрачно посмотрел на нее. — По крайней мере, на сегодня. Я вернусь в свой пентхаус.
Его хладнокровное решение пронзило ее сердце, словно меч. Как же мило с его стороны! Но Дарси не приняла его предложение, повернулась спиной и ушла. И Элиас даже не попытался ее остановить.
В течение двух последующих дней Элиас убеждал себя в правильности своего поступка. Он сделал так, как она просила, а значит, он все сделал как надо. Не встал у нее на пути, просто отпустил ее, как она и хотела. Он никоим образом не пытался ее контролировать. Так почему же он чувствует себя так ужасно?
Элиас всегда знал, что Лили и Дарси заслуживают большего, чем он мог предложить им, и речь шла не только о материальных благах. Они заслуживают кого-то, кто действительно хотел того же, что и они. Он никогда не хотел семью, ему не нужен большой дом с садом и детскими качелями. И все же он то и дело погружался в воспоминания о часах, проведенных на детской площадке с Лили. Тогда он не вполне осознавал, сколько радости дарят ему эти встречи.
Элиас уже представлял, как Лили плещется в бассейне в большом доме, который он купил еще до того, как увиделся с ней. С уходом Дарси в доме поселилась невыносимая тоска, без ее смеха, тепла и неуемной энергии, в комнатах было холодно и пусто. В гостиной без дела простаивал большой обеденный стол, на котором они занимались любовью. Теперь на его темной полированной глади, помнившей жар их тел, лежало оставленное ею броское бриллиантовое кольцо.
Элиас вспомнил, с каким равнодушием приняла его Дарси, не оценив ни красоту кольца, ни стоимость, ни усилия, которые он приложил, выбирая его.
Что ж, все это в прошлом — и обиды, и радости. Дарси сделала свой выбор и ушла. Но почему? Неужели она не хотела остаться с ним? Ее отказ принес столько боли, он обжигал внутренности, словно кислота. А ведь он хотел добра для нее, хотел дать ей свободу. Почему она не поняла его намерения?
«Потому что ты не сказал ей правду!» — ответил Элиас на свой вопрос.
Теперь Дарси избегала его. Она даже не ответила на его сообщение, когда Элиас хотел удостовериться, что с ней все в порядке.
Теперь жизнь Дарси не касалась его, и все же сердце Элиаса было не готово смириться с таким исходом.
Дарси не могла пропустить встречу с Лили. И пусть ее сердце разбито, а в душе тоска, она не позволит малышке разочаровываться в ней.
В парке Лили тут же помчалась на игровую площадку, Дарси не пришлось занимать ее играми, достаточно было просто находиться рядом и присматривать за ней.
— У Элиаса много работы, — объяснила Дарси социальному работнику, напомнив себе, что ей следует придумать более правдоподобное объяснение, когда дело дойдет до пересмотра форм заявлений.
