Наконец, разгневанный отец объявил, что дочь выйдет за того, на кого он укажет и даже назначил срок… Но его словам не суждено было сбыться. Граф Алерн вскоре погиб во время нападения на форт, но поговаривали, что не обошлось без черного колдовства. Вместе с графом погиб и юноша, за которого отец собирался отдать непокорную дочь. Как же тут да без слухов?..
Обитателям графства не стало житья. Дочь графа то запирала по весне реку, не давая ей освободиться ото льда, то травила рыбу во время нереста, отчего икра становилась горькой, то закрывала горные родники, а иногда — устраивала в горах обвалы, чтобы не дать охотникам подобраться к гнездам белых орлов — их птенцы всегда были в цене… Говорят, сила ее была такова, что в конце концов в графстве Алерн навечно установилась зима. А леса вокруг земель графини превратились в ледяные стены, за которые никому не было ходу.
Так продолжалось, пока новости о чуде не дошли до короля Риллета. Он поехал разбираться сам, пробился сквозь ледяные леса и добрался до Алерна. Дочь графа была наказана: ее отправили в один из дальних монастырей Митили, откуда девушке было запрещено выезжать в течение пяти лет. Она должна была поститься, думать о своих ошибках и во всем помогать настоятельнице наравне с другими послушницами. Если за это время дочь графа искупит свою вину добрыми послушанием и работой, ей разрешалось явиться ко двору во время Первого Зимнего бала для повторного рассмотрения дела…
Но и этого не случилось. Через два года монастырь пропал вместе со всеми послушницами. А во время Зимнего бала гостей Тейла ждало чудо из чудес — прилетели ледяные птицы. Первый Зимний бал — еще не середина зимы, но люди не удивились. Чуду всегда нужно радоваться. Как известно, если добыть перо ледяной птицы — обретешь самую надежную защиту… так и случилось с некоторыми гостями. О том ходило множество слухов. Однако спустя недолгое время людей, которые получили на том балу перья ледяных птиц, стали находить замерзшими статуями — кого в собственных покоях, кого в лесу на охоте… и вокруг всегда были снег и разруха… А еще — накануне обязательно видели несравненной красоты девушку с белоснежными волосами, которая приходила просить ответной услуги. Ответная услуга всегда была — жизнь.
Так появилась Ведьма Стужи. Среди жертв оказался и племянник короля Риллета. И он отправился на поиски ведьмы сам. До нее никому не удавалось отыскать ее. Но ведь королю помогала сама Митиль!
Конечно, Ведьмой Стужи оказалась та самая графская дочь. Просто сердце ее превратилось в лед. Не было в ней любви к людям — лишь ненависть. Не видела она и вины за собой — только обиду за оскорбление. Сила ее была такова, что даже королю нелегко было сладить с ней. Убить Ведьму ему не удалось. Рассыпалась она снегом, но неизменно восставала вновь… И тогда король заключил ее в ловушку, из которой она не могла выйти. Там она заперта вместе с монастырем, который превратила в свой дворец, а бывших послушниц — в ледяных слуг…
Но после смерти Риллета птицы Ведьмы Стужи вновь стали появляться то тут, то там. Обычно — ближе к Первому Зимнему балу. Говорят, опознать этих птиц можно, если вовремя заметить в хвосте среди синих перьев одно белоснежное…
Говорят, Ведьма Стужи бессмертна и ненавидит Эрталей. Потому и старается подослать своих птиц к ним. Конечно, это всего лишь старая сказка, которую нам с Эрвином когда-то поведала бабушка. Но так серьезно, будто предупредила. Она же упомянула, что сто лет назад исчез во время поездки к северной границе младший принц Ирвет, а озеро, к берегу которого он пошел прогуляться, нашли покрытым льдом.
Помню, я так испугалась, что побежала просить папу отменить Первый Зимний бал. А когда он спросил почему, ответила, что боюсь за Эрвина, ведь Ведьма Стужи обязательно его похитит. Папа снова строго поговорил с бабушкой Клариссой, а нас с Эрвином заверил в том, что Ведьмы Стужи на самом деле не существует.
Но с тех пор у меня все равно появлялся этот страх… Обычно — перед самым балом. А сегодня видно снова дело было в Тиле, из-за которого вспомнили о предстоящем торжестве.
Сплошные неприятности от него!
Я проснулась рано утром совершенно разбитой. Камеристка Вейри вышла из своей комнатки, заслышав звон колокольчика. Она привыкла к моим ранним пробуждениям и потому была уже собрана, но все еще была сонная. Она помогла мне одеться, причесала, и я ее отпустила. Пусть отдыхает.
Я собиралась в зимний сад. Всегда хожу туда, если мне снятся кошмары. В саду мне спокойно… И уж конечно, ни камеристка, ни фрейлины мне там не нужны.
Однако до сада я так и не дошла. Проходя мимо библиотеки, двери в которой оказались приоткрыты, я услышала тихие голоса. Беседовали двое, и один из них точно был принц Тиль. Если бы не это обстоятельство, я бы не насторожилась.
