Ривен снова присутствовал при моем допросе, но почти не вмешивался. В конце концов, меня отпустили, и я вернулась к Тилю. Принц исправно занимался с учителями — благо, оба они остались во дворце. Я решила, что советник Ривен мог и здесь пойти на хитрость: уехать заставили не тех, с кого сняли обвинение, а тех, за чьими действиями хотели проследить. В таком свете поспешное удаление из дворца Лаверна Брана получало новое объяснение. Отослать хотели обоих братьев. И точно: к вечеру Кайлен так и не вернулся.
Как не появился и Верс.
Зато заглянуда на вечерний чай маркиза Эвлин. Мне показалось, она снова приходила выяснить новости. Пока мы вели неспешную беседу, маркизе передали, что король Альвет пришел в себя. Должно быть, были слуги, которым было заплачено за сообщение. Или же маркиза отправила к целительским покоям кого-то из фрейлин с титулом попроще. Маркиза расцвела на глазах и тут же упорхнула, едва не забыв попрощаться с Тилем.
А когда я покинула покои принца, оказалось, что меня дожидается Ланс. Видимо, он не стал заходить, чтобы не волновать Тиля.
— Его величество желает видеть вас, — сообщил он, снова обращаясь ко мне подчеркнуто-уважительно. Я не стала спорить, и мы пошли к королю. В тайне я ожидала, что застану там и Верса.
— Госпожа Линнель, — произнес вдруг Ланс. — За вами сохраняется право покидать дворец. Если вы решите отдохнуть в городе, прошу вас, навестите его сиятельство графа Брана. Полагаю, ему понадобится поддержка в столь тяжелое время…
— Поддержка? — повторила я и в груди неприятно кольнуло. Вряд ли Ланс иронизировал по поводу изгнания Бранов из дворца.
— Вы еще не слышали, — заметил мой спутник. — Брат графа сегодня скончался. Его величеству недавно сообщили об этом.
Как выяснилось, Альвет уже покинул целительские покои. Ланс провел меня в кабинет. Когда я вошла, король беседовал с маркизой Эвлин. В комнате были еще телохранители. А вот Плантаго не было.
Король и маркиза были заняты разговором и, кажется, даже не заметили открывшейся двери.
— Послушай, Делина, — говорил Альвет. — Действительно ли тебе нужен я? Или ты собираешься сидеть на троне и каждый день сожалеть о том, что могла бы быть счастлива. Трон может рухнуть подо мной прежде, чем ты станешь королевой.
— Не говори так! — возразила маркиза с неожиданной запальчивостью, но тут заметила меня и замолчала. Глаза ее сверкнули.
Я осознала, что Ланса уже и след простыл.
— Думаю, вам есть о чем подумать, маркиза… Благодарю, что беспокоились о моем здоровье, — проговорил Альвет.
Маркиза хотела было что-то возразить, но сдержалась. Церемонно поклонившись, она ушла, миновав меня, как пустое место.
Король смотрел вслед Эвлин, позабыв про меня.
— Мне сказали, вы желали видеть меня, — проговорила я неловко. — Рада, что вы в добром здравии, ваше величество.
Альвет поморщился.
— Да… Разумеется.
Он задумчиво прошел к столу и сел на выдвинутый стул. Я поняла, что не так уж он и здоров. Должно быть, ушел из целительских покоев, переоценив свои силы. А может — из чистого упрямства. Все же Альвет иногда был больше ребенком, чем Тиль. Возможно, сказывалось то, что он был младшим из двух рольвенских принцев.
— Думаешь, я был жесток? — спросил вдруг Альвет и снова невольно посмотрел на закрытую дверь, за которой исчезла маркиза. — Моя матушка не была счастлива в браке. Отец… всегда был уважителен. Но она знала, что он выбрал не ее саму, а дар, который в ней разглядел. Династия Эрталей усиливается чужой магией. И отец посчитал этот брак выгодным, хотя были девушки из более достойных семей. Это рассорило отца с некоторыми из них.
Король тонко усмехнулся.
— Маркиза… нравится вам, ваше величество? — спросил я, и тут же спохватилась, что следовало бы промолчать. Альвет разговаривал больше сам с собой. И какому правителю нужны свидетели его сомнений?
— Думаешь, это самое важное? — отозвался король задумчиво. — А ты бы хотела стать королевой, Регина?
Я вздрогнула и едва сдержалась, чтобы не оглядеться в поисках зеркала. Не могла отделаться от мысли, что за нами наблюдают. А король расценил мое молчание по-своему и снова усмехнулся, на этот раз с примесью горечи.
— Ведь я позвал тебя не за этим, — заметил он. — Ты очень смелая девушка. Я видел, как ты защищала Тиля…
Я по-прежнему молчала, разговор все еще казался мне зловещим.
— У тебя были возможности использовать свою магию, которую почитают за зло, — продолжил король. — Не вижу подтверждений. Как и обещал, я отменю указ. С тебя снимут обвинения. Однако придется подождать. Сейчас, уж прости, есть дела важнее.
Народ и так обеспокоен, а если еще начнут отменяться указы на запрет зловредной магии — ничего хорошего не выйдет. Я поняла, чего король не договорил. Равно как поняла, по какой причине он не назвал срока, который пройдет прежде, чем он выполнит свое обещание, данное на словах и без единого свидетеля.
Быть может, это тоже какая-то проверка? Похоже, отныне я во всем буду видеть дурные предзнаменования.
— Понимаю, что вчера ты не стремилась получить выгоду…
— Ваше величество, я ничего не сделала.
