— Разве? — неожиданно холодно оборвал меня Альвет и тут же куда мягче добавил: — У тебя будет три свободных дня, начиная с завтрашнего дня. Проведи их вне стен дворца. Не думаю, что здесь тебе удастся отдохнуть.
Вряд ли это был совет. Король приказывал мне покинуть дворец на три дня. Потому что подозревал в предательстве, как и прочих? Намеревался удалить от Тиля? Или это все же было стремление обезопасить меня от новых подозрений? Слишком часто приходится беседовать с дознавателями…
— Но принц…
— Будет в безопасности. Даю тебе слово.
Упомянуть о том, что до сих пор его величеству не удавалось обеспечить безопасность Тиля, было бы дерзостью, достойной обвинения. И возможно, именно этого от меня и ожидалось. Разгневав короля, я могла вовсе лишиться права вернуться во дворец.
— Как прикажете, ваше величество, — проговорила я. — Вы позволите мне поговорить с ним перед отъездом?
— Разумеется. Если хочешь, я схожу к нему вместе с тобой.
Я покачала головой. С Тилем я бы предпочла объясниться сама, не прячась за спину Альвета.
Мне казалось, разговор окончен и следует уйти, но тут, к моему удивлению, король снова заговорил.
— У меня к тебе просьба. Когда будешь в городе, навести графа Брана. Не стоит ему сейчас оставаться одному. Но и возвращаться не стоит тоже. Передай ему мою волю: пусть остается дома до особого указания.
Это было почти похоже на заключение. Альвет говорил спокойно и уверенно. Он снял с пальца перстень.
— Если слов будет недостаточно, чтобы уговорить его не предпринимать поспешных шагов, покажи ему это.
Золотое украшение с черным камнем, в котором сверкнула кровавая искра, легло между нами на стол.
Понятия не имею, тот ли это перстень, который сам Альвет получил от старшего брата в моем сне. Но знак был настолько зловещим, что я колебалась, не в силах заставить себя протянуть руку. Альвет снова истолковал мои сомнения по собственному разумению.
— Это лишь свидетельство того, что твои слова — мой прямой приказ, — пояснил он. — Он не потеряется. Но ты обязана вернуть его мне лично в руки через три дня.
Я все же взяла перстень.
— Будет исполнено, ваше величество.
— Ты хотела о чем-то спросить? — внезапно угадал Альвет.
— Простите, я только… не видела Верса Плантаго с тех пор, как произошло нападение и подумала, возможно, он выполняет какое-то поручение.
— Верса нет во дворце, — пояснил король и отстраненно добавил. — Сейчас ему здесь не место.
«Как и тебе», — напоминал его взгляд.
Я поклонилась.
Очень хотелось спросить, когда именно был отослан Верс. Возможно, я зря беспокоилась все это время и когда погиб мастер Зарен, Плантаго уже уехал…
Это даже немного разозлило — уже потом, когда я покинула кабинет его величества и обдумала услышанное. Меня тут допрашивают, а он там отсиживается! Как будто не по его вине со мной все это происходит!
Когда я возвращалась к себе в комнату тем вечером, после разговора с принцем Тилем, в одном из коридоров меня встретила процессия во главе с маркизой Эвлин. Увидев меня, маркиза знакомо скривилась. Похоже, ей всерьез не понравилось то, что я стала свидетельницей ее разговора с королем.
— Я слышала, ты неплохо показала себя, — проговорила маркиза таким тоном, что сразу стало ясно: она сомневается в правдивости слухов.
— Его величество счел необходимым отметить мои заслуги, — признала я, не зная, чего ожидать дальше.
— Хороши заслуги! — высунулась с замечанием Мейла, вот уж кто точно не переменился в своем ко мне отношении. — Королю пришлось защищать не только линезского принца, но и тебя. А в итоге целители едва спасли его…
Маркиза подняла руку, останавливая поток слов прежде, чем к Мейле рискнули присоединиться и остальные.
— Не хочешь ли ты сказать, что силы короля столь скудны? — холодно спросила Эвлин. Мейла по-лягушачьи квакнула, подавившись последним словом.
Маркиза взглянула на меня.
— Выходит, у тебя есть основания гордиться собой, — в голосе ее проскользнула горечь, которая тут же пропала за надменностью. — И ты полагаешь, что на этом твоя работа закончена, а мальчика можно оставить одного после всего, что случилось.
— Боюсь, мне действительно нужно покинуть дворец… — начала я. Меня, наконец, задели ее слова. Прозвучало так, будто я бросаю Тиля. Или просто маркиза угадала мои собственные мысли…
— Что же, видимо, мне самой придется позаботиться о том, чтобы принц не скучал. Уверена, ему сейчас меньше всего на свете хочется остаться в одиночестве.
Я удивленно молчала и, чтобы пауза не стала очевидной, поклонилась.
— Благодарю за великодушие, ваше сиятельство. Меня не будет только три дня.
— Три дня, надо же! Возмутительно! — тут же отозвалась Эвлин. — Если бы мне хотелось за кем-то поухаживать, я лучше завела бы собачку!
Но других возражений не последовало. Я поклонилась еще раз, пряча улыбку.
Бедная собачка!
