Меня подхватили на руки. Так бережно, убаюкивая, кажется, мне что-то шептали на ухо, я не могла разобрать слов. Но чтобы успокоиться — хватило и этих объятий.
— Чшшш! Успокойся. Что бы ты себе ни надумала… ты ведь целительница, вот и принимаешь все слишком близко к сердцу. Не можешь оставаться в стороне.
Я так и не смогла выйти из своего странного состояния. Должно быть, я уже спала и мне снился сон.
— Что же мне делать? — прошептала я.
— Беги, — ответили мне. — Как можно дальше. Туда, где ты сможешь жить своей жизнью.
Такое место есть?
— Нет, — воспротивилась я. — Хватит, набегалась. И Верс…
— Разве ты его не боишься? — оборвали меня.
— Боюсь, — признала я.
— Тогда какое тебе до него дело? Он втянул тебя во все это, обещал защитить — и не смог. Пусть получит по заслугам.
— Верс никогда не обещал меня защитить…
— Ты права, — легко согласились со мной. — Тогда тем более забудь. Спи.
И оказалось, что до сих пор я вовсе не спала.
А вот теперь — засыпаю.
И стены расходятся в стороны, растягиваются, превращая комнату для гостей в доме бывшего шпиона в ярко освещенный дворцовый коридор.
— Регина!
Я оборачиваюсь. Рядом со мной стоит принц Альвет, задумавшись, я не заметила, когда он подошел.
— Что-то случилось? — спрашивает он. Я качаю головой. Ничего особенного не произошло. Просто я в задумчивости.
— Ты всегда прячешься на одном из этих балконов, если тебе нужно подумать, — сообщает Альвет и кивает на тяжелый полог, за которым скрывается один из «этих» балконов. Я действительно была там, размышляла, разглядывая сад.
Альвет лукаво улыбается, наблюдая за мной. Дает понять, что мои привычки очевидны даже для него. Я невольно краснею. Сегодня с меня хватит неоднозначных намеков. Альвет замечает мое настроение и тут же серьезнеет.
— Так я прав?
— Нет… я просто… не понимаю.
Альвет еще очень молод, но я заметила, что благодаря своей наблюдательности, он научился оценивать людей довольно точно. Может быть, поэтому я все же делюсь с ним своей нелепой проблемой.
— Сегодня Лаверн поблагодарил меня за то, что помогла Каю с концентрацией. Ты знаешь, у него не всегда получается призвать стихию.
Альвет кивает.
— Кай на последней тренировке показал такой уровень владения стихией, что удивил даже Ривена, — замечает он. — Знаешь, ведь Сельван тоже рассказывал, что ты дала ему совет, который помог справиться со стихиями…
— Ничего такого, — возражаю я. Кажется, скоро о моих невероятных способностях слухи пойдут. Сельван мне так и сказал сегодня. Я думала, он только шутил, следовало помнить, что любая его шутка имеет под собой основания. — Его величество очень старается…
— Угу. И гораздно меньше переживает в последнее время. Почти ни одного срыва…
— Почти? — удивляюсь я, и Альвет спохватывается.
— Ничего серьезного, — поспешно заверяет он. — Не так, как в прошлый раз, когда он чуть не затопил башню звездочета… Да, ты ведь так и не объяснила, почему благодарность Лаверна тебя так обеспокоила.
Он явно уходит от разговора. Я делаю пометку в уме, что нужно расспросить Сельвана об этом срыве.
— Дело не в Лаверне, — поясняю Альвету. — Там был и Сельван. И он сказал… что Кай в последнее время слишком восхищается мной. И…
— И? — подбадривает брат короля.
— Ну и вот, — говорю я, понимая, что лучше бы молчать. — Мне показалось, что он обеспокоен. И спросила, не думает ли он, будто Кай…
— Может испытывать к тебе нечто большее, кроме восхищения? — завершает Альвет. Я киваю. Да уж, не стоило об этом говорить.
Альвет прозорливо интересуется:
— Тебя беспокоят чувства Кая или самого Сельвана?
Я молчу, потому что дело действительно не в Кайлене. После того, как Сельван объявил его моим телохранителем, он вел себя безупречно… ну, вот, пожалуй, еще бы поменьше рассказывал о том, как ему удалось совладать со стихией. Не так уж велика была моя помощь. Но Сельван… вообще-то, я видела его разным. И понимала, что злиться он может сильно. Потому встревожилась, когда он заговорил о возможных чувствах младшего Брана. Но Сельван… сказал, что уж к кому-кому, а к Каю ревновать нет смысла. И на этом разговор закончился, потому что Сельвана отвлекли придворные. А я осталась думать — в чем причина. Если бы Сельван был уверен во мне, он бы не сказал, что ревновать не будет только к Кайлену… Так может, дело в том, что он вообще не находит причин для ревности…
— Сельвану стоит быть осторожней и не оставлять тебя один на один с твоими мыслями, — тянет Альвет. Я вспоминаю, что он все еще за мной наблюдает. Альвет поясняет: — Причина ответа Сельвана кроется в том, что Кайлен стал твоим телохранителем.
Я все еще не понимаю, и Альвет объясняет:
— Когда-то один из Бранов спас жизнь королю Рольвена и тот наградил его титулом. А потом назначил телохранителем своей дочери. Но служить королю и охранять принцессу — это разные вещи. И чтобы обезопасить дочь, а скорее — чтобы успокоить себя, король… хм, прибег к магии.
— Заключил договор на вечную верность? — не удержалась я, вспомнив легенды.
Альвет качает головой.
