Юноша, выполняющий поручения короля. Один из его телохранителей или представитель еще какой-то королевской службы… тайной, например. Хотя какая же может быть тайна, если он свободно ходит по дворцу. И гуляет по ярмаркам с советником Ривеном. Наверное, все же официально — он телохранитель Его Величества. Вот почему те люди на ярмарке поверили, что под его личиной может скрываться сам король.
И зачем он заговорил со мной?
— Вы как-то спрашивали о девушке по имени Лисана, — небрежно заметил молодой человек. Но взгляд его оставался серьезным и внимательным. Я удивленно молчала, не зная, что ответить.
— Совершенно случайно я был в местах, близких к поместью ее батюшки… Боюсь, новость, которую я привез для вас, не будет приятной.
— Она умерла? — тихо спросила я. Юноша кивнул, не удивившись моему предположению.
— Говорят, это случилось два года назад. Она была привязана к королеве и не выдержала разлуки. Умерла дорогой…
— Дорогой? — эхом повторила я.
Юноша кивнул.
— Так мне сказали. Я видел могилу. Там тихо и покойно…
— А вы не спрашивали, похоронено ли в могиле тело? — вырвалось у меня.
— Это важно? — спокойно поинтересовался юноша.
— Нет… наверное, — пробормотала я.
— Признаться, этого я не проверил… Быть может, вас интересует судьба еще кого-то, кто обитал в королевском дворце? — бесстрастно спросил мой неожиданный собеседник.
— Нет… да! Скажите, а вы видели призрак короля Сельвана?
— Хм… — и снова я не заметила даже признаков удивления. — Не приходилось.
После недолгого молчания он сказал:
— Меня зовут Ланс, ваша милость. Если у вас появятся еще вопросы, на которые никто не сможет ответить, можете найти меня через охрану принца Тиля.
Я кивнула.
— Благодарю вас, Ланс.
И он ушел. Мне показалось, я чувствую взгляд в спину. Резко обернулась, но никого не заметила. Почти бегом я добралась до своей комнаты и больше в тот вечер никуда не выходила.
Я два дня не видела Верса. Возможно, он был с королем, которого, как говорили, невозможно было застать во дворце: Альвет много времени проводил в городе. Словно специально привлекал к себе внимание оставшихся на свободе заговорщиков. Это было опасно, но, может быть, дворцовые стены казались Альвету невыносимыми. Как и мне. Если подумать, он был заперт здесь, хотя над ним не висел королевский приговор… Первый человек в государстве, он вынужден был скрываться за оградой дворцового сада от тех, кто поддерживал короля Сельвана, которого, вероятно, уже не было в живых.
Не знаю, избегал ли Верс встреч со мной или просто не искал их. Я была бы благодарна, если бы мне удалось побороть отвращение. Тогда, в коридоре, он обошелся со мной как с вещью, нисколько не заботясь о том, что нас могут увидеть. Чего я не могла понять — так это чувство обиды. Быть может, я все дело в том, что мне начало казаться, будто Верс пытается помочь…
В нем как будто жили два человека. И тот из них, с которым я столкнулась у входа в башню королевы, был ужасен и упивался осознанием своей мерзости. И я старалась не думать о нем, но не могла. Просыпалась по ночам от ощущения подступающей беды. Меня мучил запах цветущей вишни, доносящейся из окна. Весь сад был пропитан сладким ароматом, от которого кружилась голова, и к горлу подступал ком.
Я опасалась, что королева предпримет что-нибудь, дабы воспрепятствовать планам Альвета. И самым легким мне виделось сделать так, чтобы Тиля нельзя было перевозить. Поэтому я с особым вниманием относилась к еде, которую приносили принцу.
Не думала, что мои сомнения были так очевидны. Но однажды Тиль серьезно спросил:
— Регина, тебя что-то беспокоит?
— Нет, что вы, Ваше Высочество, — проговорила я. Но он продолжал смотреть на меня с таким пониманием, что я вздохнула и призналась: — Последнее время мне плохо спится.
— Твой страх так силен?
Я задумалась. На самом деле, я не могла бы с уверенностью сказать, что досаждает мне больше: страх или сомнения…
Мое замешательство Тиль истолковал по-своему.
— Разве ты не можешь использовать свои силы для того, чтобы помочь себе самой? — спросил он и в вопросе не крылось издевки. Принц пытался что-то понять.
— Возможно, у меня получится, — признала я. — Но…
— Это не то, чего ты на самом деле хочешь?
— Наверное, нет. Если человек боится собак, он спокоен, пока их не видит. Но как только хоть одна появляется у него перед глазами — страх возвращается…
Тиль кивнул.
— Думаю, мне понятно… Я не могу не беспокоиться о том, что происходит дома. Хотя дурных вестей не слышно.
Я мысленно обругала себя. Нашла, о чем напомнить мальчику! Со своими проблемами совсем не подумала о том, каково ему самому… Следовало извиниться, но тут пришли учителя и Тиль заметно оживился, отвлекшись от ставшей неприятной беседы.
Когда я пришла к помощнику королевского ювелира, он раздраженно буркнул:
— У меня нет на тебя времени, здесь все же королевская мастерская, а не лавочка для всех желающих.
— Простите, мастер, — повинилась я, памятуя о прозвище «Колючка», которым назвал Иврана Кайлен. А ведь подходит. — Я всего лишь хочу закрыть долг за вашу прекрасную работу…
