Степан Петрович хотел открыть входную дверь, но Малыш вежливо его отодвинул и внимательно изучил: и саму дверь, и дверной косяк, и замок. Не найдя ничего подозрительно, одобрительно кивнул и все вошли в квартиру. Света и Сергей сразу направились в комнату девушки, где та взяла сумку и вопросительно посмотрела на своего спутника.
— Что, Синеглазка?
— Сережа, не мог бы ты выйти? — попросила она.
— Конечно, а почему?
— Ну как почему? Мне нужно переодеться полностью, а я стесняюсь. Кроме того, мне нужно собрать смену нижнего белья, ты что хочешь смотреть как я кидаю в сумку свои трусики и лифчики?
— На что я хотел бы посмотреть, я тебе потом скажу, — вздохнул юноша. — Конечно, я выйду.
— Я и так это знаю. Можешь не говорить. Потерпи, — улыбнулась Света и закрыла за ним дверь.
— Выгнали? — сочувственно спросил его Малыш, который стоял в коридоре и контролировал входную дверь.
— Да, — только и кивнул Сергей.
— Ну и правильно. Хорошая и положительная девушка, — одобрительно рассмеялся здоровяк. Через десять минут Света вышла из комнаты с большой сумкой в руках, которую сразу перехватил у нее Сергей. Дедушка уже был готов. Бросив прощальный взгляд на квартиру, они вышли, и Степан Петрович закрыл ее на ключ.
— Не беспокойтесь, — успокоил его Малыш, — квартира будет под постоянным наблюдением видеокамер. Если что, мы через пять минут будем тут.
— Спасибо. Это все, что у нас с внучкой есть, — вздохнул старый журналист.
— Вот это не правильно! — воскликнул кавалер его внучки. — Теперь у вас есть еще и мы!
— Верно говоришь! — одобрительно кивнул здоровяк, а Света только благодарно прильнула к юноше.
Брат отца Сергея доставил их к дому Ивановых-Бессоновых, проводил их до дверей, сдал в руки уже ожидавшей их мамы Сергея, и повез пленного на фирму.
— Сынок, веди Свету в свою комнату и помоги есть разложить вещи. А потом идите ужинать. Степан Петрович, а я Вас провожу в комнату Елизаветы. Я уже освободила шкафы от ее вещей, чтобы вы могли разложить свои.
Сергей нес сумку к себе в комнату, а Света покорно следовала за ним. На пороге комнаты, где ей предстояло провести ближайшее время, она в нерешительности остановилась оглядывая ее. Первое, что ей бросилось в глаза — это ее большая фотография красующаяся на стене. В пол-оборота она заглядывала за спину. Ее волосы разметались по сторонам, а на лице сияла улыбка. Она была необыкновенно хороша!
— Где ты это взял? — улыбаясь спросила она. — Даже у меня нет такой фотки, где я так хорошо получилась.
— Это в институте. В тот день я тебя позвал, ты резко обернулась и я тебя сфоткал. Ты на меня тогда еще сильно ругалась и пальчиком грозилась, — поставив сумку, Сергей обнял девушку за плечи, — ты тут и правда удачно получилась. Видна твоя природная красота.
— Сережа, Сережа. Смогу ли я тебя полюбить так же, как ты меня? — проговорила она задумчиво, обнимая парня в ответ.
— А на меньшее я не согласен, — он еще не знал, что песня с таким названием будет спета певцом Николаем Носковым, только спустя пять лет.
— Я буду очень стараться, — пообещала ему девушка, — ну давай, показывай, где мои вещи можно разложить?
Он распахнул свой шкаф, а Света критически осмотрела его содержимое.
— Иванов! — строго сказала она. — Ну как можно жить в таком бардаке? Все вещи раскиданы и разбросаны! Если их аккуратно сложить, то половина шкафа сразу освободится.
— Так я не против, — тут же согласился ее кавалер, а потом смутился и спросил: — А тут мои трусы и майки.
— Я что по-твоему, мужских трусов не видела что ли? Кто дома дедушкины вещи стирает? — рассмеялась она, и деловито добавила: — Ну все, хватит болтать! Давай порядок наводить!
Машина охраны, с пленным уркой, въехала в другие ворота семейной фирмы Ивановых-Бессоновых. Захваченного бандита — с мешком на голове — вытащили из багажника и сволокли по ступенькам в какой-то подвал. Там его посадили на стул и сняли мешок с головы. Он увидел, что находится в большой, выложенной кафелем, комнате. На потолке горела яркая лампа. Перед ним стоял металлический стол, на котором лежало много сверкающих хромом инструментов. Там были: расширители, щипцы, кусачки, пилы, крючья и еще какие-то ужасные вещи, о назначении которых, он даже подумать боялся.
Из-за спины вышел здоровый мужик в длинном прорезиненном фартуке, резиновых сапогах и таких же перчатках. Взяв в руки железный молоток, он ласково улыбнулся урке и произнёс сиплым голосом:
— Мне сказали, что ты не хочешь говорить? Я и мой молоток это исправим. С чего начнем? Локтевой, коленный сустав? Или просто зубы?
Переполненный после пива мочевой пузырь бандита не выдержал и он обмочился.
После ужина Света и Сергей сели за домашние задания к завтрашним занятиям. Мама Сергея, тихонько заглянув к ним, увидела как они — склонившись голова к голове — разбирали все премудрости институтских учебников. Улыбнувшись, Екатерина Викторовна осторожно отошла от двери и направилась на кухню.
Когда все уроки были сделаны, настало время ложиться спать. Света строго посмотрела на своего кавалера и сказала:
