- После того, как я по твоей милости развоплотился, Поттер, все пошло вкось и вкривь! Только я устанавливал Темные метки и их функции были завязаны на меня. Когда меня… не стало, Темные метки стали представлять из себя просто магическую татуировку, которую уже нельзя было скрыть. Да, Поттер. Пока все шло как задумывалось, посторонние, без соизволения на то хозяина Метки, просто не могли ее видеть. Иначе Авроры систематически приходящие с обысками, получили бы прекрасный повод перехватать моих людей по одному, имея такие наглядные доказательства, как Темная метка на предплечье. Аврорам вообще не нужны были доказательства после того, как с подачи Дамблдора Визенгамот объявил мою организацию вне закона. Но все же… Когда предатель Каркаров давал показания в суде его метка была не активна, и как метки остальных моих последователей, стала видна окружающим… Так что, часть моих соратников все еще пребывает в застенках Азкабана… Каркарову не долго осталось бегать. За его предательство его ждет смерть и это ему прекрасно известно! Благодаря расстоянию действие метки притупляется, но даже сейчас он постоянно испытывает боль. Считаешь, что я жесток Поттер?
- Нет, я так не думаю… А Снейп? - снова напомнил я.
- Ты любопытен как кот! - ухмыльнулся Волдеморт, кажется, его благодушное настроение не пострадало. - Он пришел ко мне еще мальчишкой, не окончившим школу.… О том, что Снейп принял метку, мало кто знал. Поэтому для него было особое задание - пересечься с Дамблдором, покаяться в грехах и по возможности втереться в доверие. А с его талантом зельевара, он вполне мог проситься, если не на работу, то хотя бы на стажировку, в Хогвартс. Но Снейп тянул слишком долго… Я в принципе, никогда не считал Дамблдора дураком. Не то, чтобы старик вот так с ходу поверил мальчишке-слизеринцу, но вот дать работу бедствующему, чтобы в итоге он оказался обязан своим благополучием директору Хогвартса, он мог. Когда Снейп все же умудрился пересечься со стариком, он как раз проводил собеседование с внучкой великой Кассандры, которая тоже искала работу в школе… Вот там Снейп и услышал часть пророчества… Точнее ему дали такую возможность! И этот болван, наплевав на всю конспирацию, помчался прямиком ко мне!..
Волдеморт резко поднялся и заходил по комнате, заложив руки за спину. Теперь он злился, но скорее на себя, чем на меня или даже на Снейпа.
- Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Поттер, - продолжил он. - Шла война и те сведения которые мне доставил зельевар, показались весьма достоверными, а перепроверить их тогда не представляло возможности… Далее, когда Снейп узнал, что под пророчество попадает его бывшая подружка, он кинулся ко мне и умолял на коленях пощадить и не отнимать у нее жизнь… Странное он все же существо. После того, как она нашла повод бросить своего опостылевшего друга, ради более заманчивых перспектив, он вместо того, чтобы реально посмотреть на их, так называемую дружбу, понапридумывал себе не весть что. Неземная любовь Северуса Снейпа! Он сам придумал для себя иллюзию и до сих пор в ней живет. Ему оказалось не по силам признать, что все эти годы, эта девчонка просто использовала его… Но не смотря на все его больные фантазии, он искренне любил ее, что даже не побоялся просить у меня даровать ей жизнь… Что ж, я пообещал, по возможности, пощадить ее. Но Снейпу оказалось этого мало! Он полетел к Дамблдору и самое главное, старик на этот раз не собирался прятаться от зельевара. Встретились они практически сразу. Снейп так же валялся в ногах у старика и умолял спасти Лили Эванс. Свой приказ о том, что Снейп должен прийти к Дамблдору, я не отменял. Поэтому «предательство» зельевара прошло более чем удачно, и метка его не покарала. Старику Снейп пообещал все что угодно, лишь бы он помог спасти его бывшую подружку…
Волдеморт замолчал, все еще прохаживаясь, затем развернулся ко мне.
- Ты ведь понимаешь, Поттер, что эта девчонка - Лили Эванс, была твоей матерью, получив после замужества фамилию мужа Поттер?
- Я в курсе, какой была в девичестве фамилия моей матери.
- Тогда я не понимаю твоего спокойствия! - Волдеморт, кажется, был озадачен моей реакцией на его слова.
- А что тут удивительного? Я вообще не знал ни ее, ни Джеймса Поттера. То, что говорили мне о моих биологических родителях родственники, не очень-то вяжется к картине, которую для меня создали, практически канонизировав их. Отважные и благородные гриффиндорцы, их все любили, они сражались до последнего, защищая меня! Чушь все это! Даже та картинка, с криками матери, защищающей меня, которую я якобы вспомнил, когда были рядом дементоры, оказалась ложью. Как и вся остальная придуманная для меня жизнь! Может, Вы расскажите, как все произошло на самом деле в Годриковой Лощине?
- Ты так веришь этим своим маглам? - о сколько пренебрежения!
