Глупый маленький Добби, вот я и для тебя поработал палачом. На свободе домовички живут очень мало, они быстро чахнут без подпитки семейной Магии. Ты знал об этом, Добби? Знал, что свобода противопоказана домовым-эльфам? Ну, зачем тогда отказался пойти ко мне в услужение? Свобода чересчур дорого стоила тебе. Разве Хогвартс мог помочь тебе пополнить все необходимые для привычной жизни запасы магии? Ни один нормальный домовик долго не протянет без хозяина. Хогвартское поселение эльфов, присосавшихся к источнику школы, не в счет. У них никогда не было хозяев, и они просто влачат жалкое существование, как рОботы запрограммированные на пару-тройку функций, при этом готовые перегрызть друг другу глотку из-за лишней капли магии. Они всегда голодны. Не так как был Кикимер, конечно. Но уже не одно поколение домовиков, привязанных к школе, терпит голод. Они привыкли, но уровень магической силы у них значительно ниже, чем у семейных домовиков. Поэтому сотня ушастых работников не в состоянии как следует убрать замок и обслужить меньше трехсот школьников и горстку преподавателей. Все на что их хватает, это на приготовление простой еды и стирку раз в неделю. А если учесть, что многие чистокровные волшебники привозят с собой в Хогвартс из дома своего личного ушастого помощника, то хогвардские домовики заняты вообще непонятно чем, а не работой. Зря Грейнджер так переживает из-за прав и свобод домовых эльфов. Все это им вообще не надо. Им нужна работа и магия. Лень их тоже губит, хоть не так быстро как свобода.
Ко мне в комнату ворвались лорд Малфой на пару с Волдемортом. Быстро же они сориентировались. Полумрак спальни залил яркий свет.
- Поттер, опусти палочку, - вкрадчиво прошипел Темный Лорд. - С чего ты вдруг решил разбрасываться посреди ночи Непростительными заклинаниями?
Я лишь кивнул на мертвого домовика у камина. Люциус Малфой осторожно подошел к моей очередной жертве и взглянул на мордочку почившего Добби.
- Это же мой бывший домовик! - воскликнул Малфой. - Поттер, какого Мерлина тебе пришло в голову призвать его сюда, а затем убить?
- Я не призывал, он сам явился… А зачем убил? Затем, что он хотел меня спасти.
Волдеморт и Люциус Малфой смотрели на меня как на ненормального. Что-то я торможу сегодня или они спросонья не соображают от кого можно спасать Гарри Поттера.
- Он хотел увести меня против моей воли из этого дома и передать Дамблдору, так как считал, что только директор школы может меня защитить…
Волдеморт дернулся как от пощечины, а Люциус застонал и схватился за голову.
- Люциус! Давай-ка мы с тобой пройдемся и обсудим систему безопасности твоего дома, - предложил Волдеморт, гневно сверкая очами. - Что-то чужим домовикам очень просто попасть в твое защищенное от всего поместье…
- Как прикажите, Мой Лорд. Мистер Поттер, я приношу свои извинения за этот досадный инцидент… Тирри, - позвал Люциус перепуганного домовичка в полотенце с гербом Малфоев, - приберись здесь… Мистер, Поттер, если вам что-то понадобится… То же Успокоительное зелье, например, Тирри к вашим услугам в любое время дня и ночи… Еще раз приношу свои извинения из-за недочетов в охране поместья Малфоев, инцидента, подобного этому, более не повториться, не беспокойтесь мистер Поттер…
Домовик низко поклонился, а затем исчез вместе с телом Добби. Уже из коридора я услышал удаляющиеся голоса.
- Ты был прав, Люциус, что позволил мальчишке оставить при себе волшебную палочку…
- Слава, Мерлину! Но я был, мягко выражаясь, непозволительно беспечен, потому как после твоего предупреждения не поспешил перестроить защиту от появления чужих домовиков…
У меня слуховые галлюцинации или Волдеморт с Люциусом Малфоем наедине переходят на «ты»?! Я по-прежнему мало что понимаю в отношениях Темного Лорда и его окружения. Или такое поблажливое отношение касается только Малфоев?
Заставляю смотреть себя на опустевшее место перед камином. Сколько невинных с затуманенным разумом «великим человеком», мне придется убить? Тех, кто даже и близко не стоял с Орденом Феникса, а просто поверили в прокламации Дамблдора обо мне. А что будет, если директор как-то прознает, что я жив? Ведь мое разоблачение сегодня балансировало на грани. Отпусти я сегодня не связанного клятвами домовика, сославшись неизвестно на что, лишь бы он отстал и перестал меня «спасать», он тут же понесся бы к доброму директору с «горячими» новостями о моем «воскрешении». То, что директор мне враг, я вообще не знал, как ему объяснить, так как он, как и все остальные верил в миф о «великом человеке». Вот так Добби заплатил за свою свободу, а заодно и за мою. А смогу ли я и дальше платить назначенную мне цену за свободу, убивая всех, кто станет на моем пути? Или мне как домовикам свобода противопоказана? Как и Добби, мне хотелось побиться головой обо что-нибудь…
* * *
