Я тогда, просто физически, не мог обвинить во всем Дамблдора. Я мог за глаза его критиковать, называть маразматиком, но поверить в злой умысел был не в состоянии. Точно так и с семьей Уизли. Они меня раздражали, были шумными и навязчивыми, но поверить в то, что они меня просто используют, у меня не получалось. Дурсли не возражали, чтобы я обратился в банк. Дядя даже вызвался подвести меня на следующее утро в Лондон. Сам! Невиданная доброта! А может и не невиданная, а вполне обычная для Дурслей? Проклятье!
* * *
В банк Гринготтс я, как и планировал, попал на следующее утро. Краснея и заикаясь, я все же сподобился сформулировать интересующий меня вопрос: что там с моим наследством? Заведовал средствами Поттеров в банке, уже известный мне гоблин Крюкохват. В его крошечный и заваленный бумагами кабинет меня и проводили. Разговор выдался не из приятных.
Из-за того, что мои родители не оформили свое завещание как следует, все счета Поттеров были заморожены, а инвестиции отозваны. То есть, деньги в сейфах просто лежали мертвым грузом, а не находились в обороте. Сейчас мне был доступен только маленький детский сейф с небольшой суммой на мое обучение и на карманные расходы. И это была не прихоть родителей, не их последняя воля в завещании, которого так никто и не видел. Просто традиционно во всех уважаемых магических семьях для отпрыска достигшего одиннадцати лет создавался вот такой сейф, чтобы научить наследников или наследниц распоряжаться деньгами. Это положение было оформлено очень давно, когда только волшебники стали доверять хранение своих средств банку гоблинов. Сколько средств должно находиться в детском сейфе, каждая семья решала самостоятельно. И материальный достаток был не основным критерием. При создании таких хранилищ, волшебников больше интересовали вопросы, первый ли это ребенок из нового поколения семьи, мальчик или девочка, унаследовал ли ребенок магию, живы ли его родители или он стал сиротой, ну и прочие нюансы.
Что касается меня, то в день одиннадцатилетия в моем детском сейфе в сумме было пятьдесят тысяч галлеонов. Этого должно было хватить, по мнению моих предков, до моего совершеннолетия. Крюкохват был очень не доволен, как я проматываю свои карманные средства. Ведь прошло всего два года, а на моем счету в остатке всего лишь чуть больше двадцати тысяч галлеонов. Что же будет с имуществом Поттеров когда я вступлю в наследство? Разве можно так сорить деньгами?
Вот тогда у меня началась настоящая истерика! Это я сорю деньгами?! Да за эти два года я потратил едва ли сотню галлеонов! Я понятия не имею на что идут эти средства! Может на оплату учебы в Хогвартсе? Ах, нет, учеба в этой школе бесплатная! Тогда может уважаемый Крюкохват, поведает мне, как и на что я трачу деньги! О, он мне поведал, а еще продемонстрировал кучу писем в банк за моей подписью. Это сколько же я тратил на одежду, новые метлы, сладости и экзотическую кухню, пренебрегая простой едой в школе! А оплата несуществующих репетиторов, как по магическим, так и по магловским предметам, которых я не изучал! Еще я, оказывается, очень щедрый! Я делал очень дорогие подарки своим друзьям. А семье Уизли я широким жестом оплатил поездку в Египет. Какие там семьсот галлеонов?! Пять тысяч, для круглого счета. Да и Молли Уизли предоставила банку доверенность, тоже подписанную мной, что может брать средства из моего сейфа по мере необходимости.
Столкнувшись с таким невероятным лицемерием людей, которым я доверял, захотелось просто разрыдаться. Но я взял себя в руки и вытряс из Крюкохвата возможность защитить мое наследство. Все просто - гоблинский ритуал на основе моей крови. Магия Крови в ритуалах защиты весьма уважалась маленькими гоблинами и считалась самой надежной.
