- А что с нянькой? - Рэй вытащила из мятой пачки сигарету и закурила. История Джона Маккены ничем не отличалась от десятков тех, которые Керринджер слышала раньше.
- Не могла ни пошевелиться, ни закричать, пока сида не ушла, - Джон тяжело вздохнул. - Почему они вообще так свободно ходят по городу? Везде же полно оберегов и железа!
- Говорят, у них на наш город какое-то древнее право, - Рэй дернула плечом. - Дай мне сэндвич из пакета.
Спуск закончился, и машину окружил туман. Керринджер не стала включать фары-противотуманники. Она вообще старалась использовать как можно меньше электроники на Другой стороне. Здесь она вела себя непредсказуемо. Какое-то время Рэй вела машину, ориентируясь только по компасу.
Тишина стала почти осязаемой. И в этой тишине Рэй смутно начала улавливать шорохи и шепоты, перезвон словно бы серебряных колокольцев и клочки мелодий. Другая сторона говорила. И с каждым приездом сюда ее говор становился для Рэй Керринджер все более разборчивым. С каждым приездом сюда она все больше принадлежала этому смутному миру без солнца.
Рэй с хрустом порвала бумажную упаковку сэндвича и впилась зубами в булку. Наваждение исчезло. Нет ничего более человеческого, ничего, сильнее связанного с землей людей, чем хлеб. Даже если это слегка резиновая булка из фаст-фуда. Джип выбрался на склон следующего холма, и туман остался за спиной.
- Что у нас с топливом? - неожиданно спросил Маккена.
- Нам хватит, - отозвалась Керринджер с набитым ртом. Проглотила кусок сэндвича и добавила: - Видишь бочки в багажнике? Там почти полтонны. Нам хватит. Даже заправляться не надо, течет по шлангу прямо в бак.
Она не удержалась и усмехнулась. Этот внедорожник был в семье Керринджер поводом для законной гордости.
- Наверное, я сам виноват, - после короткого молчания вздохнул Джон. - Нельзя было совсем поручать ее Лизе. Говорят, детей забирают только у тех, кто любит их недостаточно.
- Ложь, - откликнулась Рэй и сунула в рот последний кусок сэндвича. Уилл Кэрринджер, например, души не чаял в своей Рейчел. В чем-то они были неуловимо похожи, этот респектабельный Джон Маккена и ее отец Уильям Керринджер. Только последний был "охотником на фей" и обошелся без посторонней помощи, когда его дочь пропала.
- Они ничем не отличаются от похителей-людей. Кроме одного, - Керринджер вздохнула. - Никто не знает, зачем сидам нужны человеческие дети.
Маккена поежился. Рэй затушила сигарету. Окурков было столько, что на резиновый коврик высыпался пепел, когда женщина сунула в пепельницу новый бычок. Маккена поморщился.
- Эй, - окликнула его Рэй. - Думай о своей дочери. Нас опять "водит".
Потрепанный внедорожник с трудом выкарабкался на очередной холм, когда в воздухе поплыл звук далекого рога. Эхо подхватило его, отбило от склонов, усилило и исказило.
Рэй вздрогнула. От низких нот по спине пробежали колючие мурашки. Руки вцепились в руль так, что побелели пальцы.
- Что это? - спросил Маккена вполголоса и крепче вцепился в компас. Он старался держаться, лицо осталось спокойным, но пальцы, сжавшиеся на латунном корпусе компаса, выдали его.
- Это Охота, - едва слышно отозвалась женщина.
Голос рога звал. Недвусмысленный приказ требовал от Рэй Керринджер выйти из машины и дождаться, пока гончие найдут ее. А вслед за ними обязательно явится их хозяин, Охотник в короне из оленьих рогов, с глазами как ночь и волосами как медь.
Рэй стиснула руль так, что пластик заскрипел.
- Мы в безопасности. В обшивке джипа достаточно холодного железа, - хрипло прошептала она. - Но если ты веришь хоть во что-то, Маккена, молись, чтобы нас не заметили.
Маккена взглянул на нее с недоумением. Заметил судорожно сжатые пальцы, выступившие на скулах желваки.
- У тебя здесь с кем-то свои счеты, да? - подозрительно спросил он и натужно улыбнулся.
- Можно и так сказать, - Рэй говорила тихо, напряженно прислушиваясь к тишине, снова упавшей на холмы. В ушах стучало биение ее собственной крови. - Тот, кто хоть раз отозвался на зов Дикой Охоты, никогда не будет свободен от его власти.
- Дикой Охоты? - переспросил Джон. Что-то такое он где-то слышал, но преуспевающему юристу незачем держать в голове сказки и легенды.
- Потом, - отмахнулась Рэй.
Снаружи машины внезапно налетевший порыв ветра пригнул высокую траву к самой земле. Мелкий мусор колотился о лобовое стекло. Керринджер заставила себя разжать пальцы. Ну нет уж. Ее не затем вывели на солнце из-под серых небес Другой стороны, чтобы она боялась эха рогов Охоты.
Правая рука женщины мягко скользнула вниз, отвела в сторону полу поношенной армейской куртки и упала на холодную рукоять кольта. В барабане шесть патронов, шесть кусочков смертоносного холодного железа. На человеческой стороне Границы - верная смерть для любого не-человека, если стрелок умеет держать в руках револьвер. Рэй умела. Здесь пуля из холодного железа не принесет окончательной гибели, но обеспечит долгую мучительную агонию, пока не найдется кто-то, способный вытащить из тела обжигающий руки холодом кусочек проклятого металла.
