Дороти внимательно разглядывала его, закусив губу. На поясе у него висела большая связка ключей. Умыкнуть ее не составило бы большого труда, если бы не стеклянная стена, разделявшая их.
Дороти задумчиво сжала и разжала пальцы. Оставалось только одно. Она нырнула в карман и достала пузырек с ипекакуаной, выпавший из сумки Чандры, сняла с него крышечку и сделала глоток.
На вкус ипекакуана была сладкой, точно сироп. Дороти поморщилась и спрятала пузырек с остатками снадобья.
– Приготовьтесь. Как только дверь откроется – уходим, – сказала она остальным. – Не знаю, скоро ли…
К горлу подкатил ком густой горечи. Дороти поспешно закрыла рот и проглотила его. Молниеносный эффект, ничего не скажешь. Зажав рот ладонью, она поднялась с места и заколотила в окно.
Солдатский автомат стукнулся о стекло.
– Мисс, вынужден попросить вас отойти от стены.
– Что-то я неважно себя чувствую,
Юный солдат огляделся, точно ища взглядом подмогу.
– Шериф будет уже скоро.
Дороти схватилась за живот. Ноги у нее задрожали, и она со стоном упала на стену. Солдат тут же вскинул автомат, уперев приклад в плечо.
– Мисс, вынужден
– Ноги не слушаются!
– Не вынуждайте меня применять грубую силу.
– Помогите… – простонала Дороти и согнулась пополам. Живот болезненно скрутило. Колени задрожали – на этот раз по-настоящему. Казалось, она вот-вот лишится чувств. Солдат что-то выкрикнул, но она не разобрала что – слишком уж громко стучала в ушах кровь. А потом ее вырвало.
Послышалось звяканье ключей и громкий щелчок замка. Самой что ни на есть подходящий момент для обморока! Дороти пошатнулась и рухнула на бетонный пол (так, чтобы не угодить в лужицу рвоты). Это был уже не первый ее «обморок», и она сделала все возможное, чтобы выглядел он как можно эффектнее. Ресницы у нее затрепетали, нижняя губа задрожала, а грудь заходила ходуном.
Дверь со скрипом отворилась, и по полу камеры застучали тяжелые шаги.
– Встать по стенке! – рявкнул солдат. Дороти лежала, зажмурившись, но отчетливо представила, как он грозно размахивает автоматом, а Эш и остальные послушно вытягиваются вдоль стены. Губы у нее вновь задрожали.
– Мисс! Вы меня слышите? Как себя чувствуете? – спросил солдат. Теперь его голос звучал гораздо ближе – прямо над ней. Но Дороти отвечать не стала, как не стала и открывать глаза. Она услышала, как солдат что-то достает, а потом он вдруг принялся докладывать посерьезневшим, строгим тоном: – Говорит рядовой Патрик Арнольд. Я нахожусь в камере. У нас тут…
Дороти распахнула глаза и воззрилась на солдата из-под густых ресниц.
Он опустил квадратный прибор, при помощи которого только что передавал свое послание. Вблизи он казался совсем еще мальчишкой: огромные карие глаза чуть не на пол-лица, тонкие и редкие усики над верхней губой.
– Мисс! – позвал он, и кадык у него дрогнул. – Как себя чувствуете?
– А ч-ч-что случилось? – нетвердым голосом спросила она. О, как бы гордилась ею сейчас матушка!
– Вы упали в обморок! Как вы…
Но тут Уиллис схватил парня за шею и легко поднял в воздух. Дороти и подумать не могла, что человеку его роста может быть свойственно такое изящество, но Уиллис и впрямь умудрился пересечь камеру без единого звука, бесшумно ступая по цементному полу в своих армейских ботинках.
Несчастный рядовой Патрик Арнольд попытался схватить Уиллиса за руку. Пальцы у него предательски дрожали. Он выронил оружие, и оно со стуком упало на пол. Губы у бедняги побелели.
– Тс-с-с… Приятных снов… – проворковал Уиллис, крепче сжимая тонкую шею.
Рядовой Арнольд медленно закрыл глаза. Дороти поднялась с места, изнемогая от мерзкого привкуса рвоты, оставшегося во рту. Жаль, у нее нет при себе хотя бы листка мяты, чтобы освежить дыхание!
– Как думаешь, у него освежающих конфеток нет? – спросила она, кивнув на солдата. Тот закрыл глаза, а голова у него безвольно свесилась набок. Ох и задаст ему жару начальство, когда он очнется. Дороти даже стало его жалко.
Уиллис опустил рядового Арнольда на пол, стараясь действовать бережно, чтобы солдат, чего доброго, не ударился головой о бетон. А потом нырнул рукой ему в карман и достал маленькую красно-белую жестянку.
– О, «Алтоидс»? – Дороти тут же потянулась за леденцами. – Много о них слышала!
Она бросила конфетку в рот и остановила внимательный взгляд на кармане военного. Там наверняка и бумажник можно найти.
Но вдруг Эш схватил ее за руку.
– Не надо, – сказал он.
– Но он же без сознания! Я в два счета управлюсь!
– Это же
Стоило ей услышать это слово, как она чуть не сгорела со стыда.
– По-моему, я заслуживаю награды за то, что помогла нам всем выбраться отсюда, – раздраженно проворчала она.
Хватка Эша заметно ослабла, но ее руки он по-прежнему не отпускал.
