– Да ешь ты свой пирог! Я ведь с самого начала был уверен, что она отправится за помощью к ОМалли! Мозги вывернул, не зная, где его отыскать. – Хантер зло сверкнул глазами на Гранта. – А теперь оказывается, что вы и есть тот самый ОМалли! Какой смысл в этой головоломке?
– Неужели непонятно? Да я просто хотел видеть свою маленькую девочку. Я скучал по ней. А еще это помогало хоть на какое-то время дать ей передохнуть от неласковой, а часто и просто злобной Черити. А скрывался я под именем ОМалли по той же причине, по которой старался скрыть, что у меня есть Лина.
Грант наполнил свою чашку новой порцией кофе и передал кофейник соседу.
– И мне удалось запутать моих кредиторов, скрываться, пока не выплатил долги. Но это же поможет сбить со следа и Уоткинса. Черити не скажет ему ни слова про ОМалли, если он сунется к ней за сведениями о Лине.
– Верить Черити – большая наивность. Уж вы-то, как никто другой, знаете, что даже за уход за малышкой-родственницей вы платили деньги. И немалые, судя по вашим словам. Так что не очень-то надейтесь, что она будет молчать. Особенно если допрашивать станет Уоткинс.
– Я выплатил ей за все эти годы немалые деньги. Благодаря мне у нее есть крыша над головой. Я успел купить ей дом как раз перед тем, как разорился. У Черити нет ничего своего. Все, что у нее есть, купил я. А что дал, я могу и отобрать. И она знает об этом.
– Я удивлен, что вы до сих пор не сделали этого, если учесть, как она обошлась с Линой.
– Я как раз и собираюсь заняться этим. Не волнуйтесь, Черити очень скоро почувствует мой гнев. Ей придется крепко задуматься над будущим. А этому ее свежеиспеченному муженьку придется подыскать себе работенку посложнее той, которой он занят в ее постели.
– Черити вышла замуж?
– Угу, за парня по имени Кловис.
Грант прищурился, заметив реакцию Хантера на это имя.
– Этот подонок был в доме в ту ночь, когда Черити вышвырнула Лину на улицу. Он прокрался к ней в спальню, – сообщил Хантер. – Лина неизменно называла его «кусок собачьего дерьма». Кловис не только пытался изнасиловать ее в ту ночь, он еще виновен и в том, что большинство горожан поверили, будто она... как бы это сказать помягче... с радостью примет любого желающего в свои объятия.
– Я убью это сучье отродье! – прорычал Грант.
– Никого ты не убьешь! И думать не смей о таком! – вмешалась Бинни.
– Ты что, не слышала, что этот подонок хотел сотворить с Линой?
– Прекрасно слышала. На уши не жалуюсь, со слухом у меня пока все в порядке. Ну и отдубась его, чтобы навек запомнил, как пакостничать. А затем вышвырни его на улицу вместе с этой дрянью Черити, пусть сами попробуют, каково остаться на улице. Это поможет им излечиться от чванства и злопыхательства. Да и ты отведешь душу. Но никто не посмеет посадить тебя в тюрьму или повесить за пару никчемных и злобных душонок.
Бинни проигнорировала сердитый взгляд Гранта и невозмутимо подложила на тарелки добавку яблочного пирога.
– А теперь я хотела бы узнать у вас, Хантер, вот что. Вы абсолютно уверены, что Лина отправилась в охотничий домик?
– А больше ей некуда. Она же ничего не знает о своем отце. К Черити она уже ни за что не обратится за помощью.
Та ведь уже показала, на что способна. Остается только ОМалли. Она уже как-то пыталась удрать к нему, да только я как бы помешал этому.
– Как бы? – тут же встрепенулся Грант.
– Дело было так. Она убежала и наткнулась на группу пьяных индейцев. Я ринулся за ней и встретил ее как раз тогда, когда она бежала от настроенных по-боевому негодяев обратно в наш лагерь.
– Кажется, вы многого еще не рассказали мне, мой мальчик.
– Вне всякого сомнения, мистер Саммерс. Я ведь тоже давал только краткую версию всего случившегося.
– Да? Ну ладно. Но кое-что я все же хотел бы выяснить прямо сейчас. По какой такой причине она сбежала от вас на этот раз?
Хантер вздохнул. Он умолчал об этом, когда рассказывал самое важное. То, как повела себя его мать с Линой, было не менее существенным, но говорить ему об этом не хотелось. Да и не годилось ему осуждать мать, что бы она ни натворила. Даже сейчас, когда Грант поставил вопрос ребром, Хантеру так и не удалось заставить себя выговорить все, что требовалось. Он посмотрел на Оуэна, но и в его глазах заметил то же.
Вмешался Себастьян. Он неуклюже поерзал на стуле и пробормотал:
– Позвольте это сделать мне, парни.
Поскольку Уолши не возразили, он коротко передал суть истории.
– Судя по тому, что она говорила и как действовала, – закончил Себастьян свой рассказ, – она подыскала более подходящую невесту для Хантера.
Грант усилием воли подавил вспышку гнева. Но горечь от оскорбления ощутил даже во рту. Возникли воспоминания о личных переживаниях. Семья Делии когда-то точно так же отреагировала на него самого, но им не удалось повлиять на Делию. Теперь вот мать Уолша, да ей не повезло еще больше. Хотя напакостила она немало. Но Господь и так жестоко покарал ее. Будем надеяться, что хоть Лине повезет, избежит мести безумного Уоткинса.
– Значит, вы решили жениться на моей девочке, да?
