– О, прекрати кривляться. Тебе не идет. – Эш запускает в его голову картофелем фри.
Легко поймав закуску, Стерлинг засовывает ее в рот.
– Вкуснятина. Спасибо, Эш. Ты просто лапочка.
Она закатывает глаза к потолку, а потом всем телом поворачивается ко мне.
– Не обращай внимания. Тебе не обязательно отвечать.
Ей легко говорить. В ней не сверлят дыры пять пар глаз.
Под их взглядом у меня пылают щеки. Проклятие светлой кожи: я никогда не могу скрыть смущения.
– Эм. – Я сглатываю, чтобы смочить горло… и оттянуть время.
– Ну типа. Они набросились на меня одновременно. Ну то есть… – Блин, почему разговаривать с людьми так трудно? – Меня и большая жирная индюшка в когтях таскала. Даже на землю меня сбросила. Так что да. Я думала, что меня похитили.
Я пожимаю плечами, не зная, что еще сказать. Я не собираюсь доказывать, что технически меня
Мгновение спустя Стерлинг поворачивается к брату. Они обмениваются взглядами, понять которые мне не дано.
– Я же правильно думаю, да?
– Кто еще может такое выкинуть? – ухмыляется Грейсон.
– Блин, держу пари, Дикон все еще выносит ему мозг.
– Как будто ему есть дело.
– Правда, правда. И все равно было бы здорово погреть там уши.
– Эх, умели бы мы превращаться в мух.
– Просто с языка снял.
– Прошу прощения, – перебиваю я, удивляясь самой себе. – Хотите сказать, что знаете этого Мальчика-Птицу?
На лицах близнецов расцветают улыбки.
– Ага. Эта жирная индейка – наш брат, Стил.
Это имя я точно запомнила. Тот придурок, который назвал меня чудной.
Я не скрываю своих чувств от этой новости, и уже через секунду оба брата разражаются хохотом. Не могу их винить. Если навскидку, я, наверное, выгляжу так, будто съела что-то очень мерзкое.
– Его ты видела? – Грейсон указывает налево.
Я осматриваю столовую и вскоре замечаю парня, который кажется мне смутно знакомым. У него с сидящими напротив меня близнецами одинаковые подбородки, но этот выглядит немного старше. Такие же темные волосы, но короче по бокам и чуть темнее – напоминает воронье перо. Он слушает своего соседа по столу и кривит пухлые губы в усмешке.
Я прищуриваю глаза и наклоняю голову набок, продолжаю наблюдать за этим парнем.
Он удобно развалился на стуле, который совсем мал для него, его рука лениво лежит на спинке стула красивой девушки рядом с ним. Ее темно-каштановые, орехового цвета волосы свободными локонами свисают ей до талии. У нее лицо в форме идеального сердечка. Даже отсюда я вижу ее изящный носик и большие зеленые глаза, обрамленные густыми ресницами.
Она смеется и привычным жестом кладет руку на бицепс Стила.
Это вызывает у меня раздражение, хоть я и знаю, что это неправильно.
– Возможно, это он, – признаю я, с усилием переводя взгляд на соседей.
– Вот блин! – Стерлинг хлопает ладонью по столу. – Это лучший день в моей жизни. Она не только назвала его жирным индюком, но и сломала ему нос и даже не помнит, как он выглядит. Я ему это до смерти припоминать буду.
Просто чудо, что эта суматоха не привлекла внимания всех в столовой. Однако разговоры за несколькими ближайшими к нам столиками стихли, а ученики бросали в нашу сторону любопытные взгляды.
С этой компанией мне не выжить.
А много народу заметит, если я сползу под столик и спрячусь?
Прятаться – это мое. Я в этом хороша.
– Ты прав, – добавляет Грейсон. Он выглядит таким же довольным – что бы там ни было, – как и его брат. – Это заставит его слегка умерить свое эго.
К моему абсолютному ужасу, Стерлинг размахивает руками в воздухе и кричит, перекрывая болтовню в столовой:
– Эй, Стил. Похоже, конец твоему идеальному послужному списку.
Взгляд бирюзово-голубых глаз скользит по нашему столику и останавливается на Стерлинге, а потом падает на меня. Девушка рядом с ним все еще говорит, но он больше не обращает на нее внимания.
Я пытаюсь отвести взгляд – правда пытаюсь, – но не могу.
– Грей, это прекрасно. – Стерлинг уже стоит и указывает на старшего брата. – У него синяк под глазом?
На таком расстоянии сказать трудно, но, кажется, кожа под правым глазом слегка темнее, зеленовато-желтого оттенка. Я помню удар, который нанесла, прежде чем он перекинул меня через плечо. Но несмотря на все свои старания, я об этом не жалею. Вообще-то хорошо, что я влепила ему, а не Сейбл.
– Ты его ударила? – в голосе Эш сквозит благоговение.
Я отрываю взгляд от глаз Стила и отвечаю:
– Он пытался меня похитить.
Братья снова хохочут, и я закатываю глаза.
– Не пытался я тебя похитить. Я спасал тебя от Падших.
По позвоночнику бегут мурашки осознания – это произнесли знакомым глубоким голосом. Возможно, я не помню его лица, но голос определенно произвел на меня впечатление.
Грейсон и Стерлинг смеются так сильно, что их лица краснеют и покрываются пятнами. И ни одному это не к лицу. Стерлинг даже прослезился.
Кенна и Хэдли с отвисшими челюстями уставились в точку над моей головой – видимо, там и стоит Стил. Их глаза стекленеют, и, если я не ошибаюсь, в них даже зажигаются звездочки.
