То, что происходило в доме, не очень напоминало то, что я считала нормальной жизнью, и это при том, что где я – и где норма. Его присутствие превращало все в какой-то сюр. Казалось, что это сон, но странный и проснуться из него никак не получалось. Может быть, все его закидоны и можно было как-то объяснить, но пока в этом паззле не хватает двух третей деталей, у меня это вызывало серьёзные трудности. Было ли мне страшно? Пожалуй, что сейчас – уже не особо. Всё-таки он меня ещё не убил, хотя возможности были. Ни разу не то, что не ударил, но даже не прикоснулся. Было ли мне интересно, что будет дальше? О да.
Может, кстати, ещё и страшно станет.
Я, наконец, выключила воду, вытерла руки о первое подвернувшееся кухонное полотенце и отправилась в комнату, где с наслаждением растянулась на диване и снова уткнулась в книгу. На стене фоном продолжал бухтеть телевизор.
В следующем выпуске новостей тоже было пусто. И в следующем за ним – тоже.
Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись. Второй день из пяти позади, осталось всего ничего, подумала я, привычным уже движением придвигая комод к двери.
Обещанная вчерашним прогнозом буря разыгралась ещё ночью. Я проснулась от барабанящих по жестяному отливу за окном тяжёлых грозовых капель. Снаружи выло, как в ужастике категории Б, небо каждые пару минут раскалывали вспышки, вслед за которыми почти сразу слышались раскаты. В комнате стало ощутимо прохладнее – окна в доме были так же стары, как и он сам, в их деревянных рамах было полно щелей, и, даже полностью закрытые, они не могли удержать холодный воздух снаружи. Следы замазки на облупившейся краске намекали, что когда-то окна конопатили на зиму, но когда дом пошел под съём на летний сезон, хозяева забили и на это. Пожалуй, сегодня босиком уже не походишь. По картине за окном понять, сколько времени, было невозможно, но часы на стене сообщали, что утро уже позднее. Пора было вылезать из норы.
Вылезать, откровенно говоря, не хотелось. Как только я откинула одеяло, кожа моментально собралась в гусиную, и я натянула на себя носки и аж три слоя одежды, вытащив из сумки даже джинсы, за последние две недели не пригодившиеся мне ни разу, поскольку я везде носилась в шортах, дважды спалив на солнце коленки, уже успевшие облезть.
Я отодвинула комод, рассчитывая, что физическая активность меня согреет. Не помогло. Тогда я стянула с кровати покрывало и с ним наперевес отправилась в большую комнату.
– Доброе утро.
Он сидел у стола, грея руки о большую кружку. Сегодня ему пригодилась даже толстовка.
– Там настоящий шторм. У нас есть на сегодня планы?
– Читать и смотреть новости, ничего нового.
Я швырнула покрывало на диван и уселась за стол.
– Включай.
День покатился своим чередом. Мы пили чай и смотрели новости. Потом читали, каждый в своём углу. Снова смотрели новости. Делили покрывало. Он победил в первом же раунде, и после того, как легко вырвал его из моих рук, заявил, что я могу и ещё что-то надеть, а у него – только то, что на нём, и так будет справедливо. Потом мы опять смотрели новости. Обедали. Ещё раз пили чай.
Через пять часов я уже сама могла рассказать кому угодно, сколько и каких детёнышей родилось в местном зоопарке, какие делегации и куда направили свои стопы, кто, кому и сколько раз выразил крайнюю озабоченность, сколько деревьев в городе уже повалила сегодняшняя буря, сколько гектар засеяно местными агрохолдингами под озимые, сколько километров леса выгорело и сколько квадратных метров жилья сдали в регионе с начала года. Курсы валют и котировки основных акций.
Но про похищение не было ничего. Похоже, нашу почту он переоценил. Или свою ценность для команды – как вариант. Возможно, пропавшую собаку никто и не искал, решив, что нагуляется, оголодает – и вернётся.
Во время очередного выпуска новостей экран телевизора погас. Я подошла к двери и щёлкнула выключателем – никакой реакции.
– Похоже, электричество кончилось. Не будет нам больше новостей.
Что само по себе просто отличная новость, добавила я мысленно, ибо от такого их количества я сошла бы с ума ещё часа через два. Он погрустнел:
– Скоро начнет темнеть, будем сидеть ещё и без света. Планы на день летят к чёрту.
– Ты плохо думаешь о местных жителях. Скорее всего, электричество здесь отключают часто, – я сделала этот вывод, исходя из того, что линия электропередач сюда тянулась ещё по деревянным столбам, и давно нуждалась в модернизации, а столбы были в таком состоянии, что было странно, почему они все ещё не попадали. – Мы можем поискать лампу. Ещё должны быть свечи. Самые дешёвые.
– Как они могут выглядеть?
– Белые, цилиндрические. Как... эээ... в церкви.
