Росту городов в значительной степени способствовали возросшая после 1861 г. мобильность крестьянства, расширение промышленности и торговли и особенно строительство железных дорог, позволившее сосредоточить хозяйственную деятельность в нескольких выгодно размещенных индустриальных центрах. С развитием крупных городов мелкие, наоборот, постепенно вырождались в захудалые местечки, ибо большинство активных горожан предпочитали жить в тогдашних «мегаполисах», где для них открывались самые разнообразные возможности.
Все это, впрочем, отнюдь не означало, что Украина быстро урбанизировалась: здесь росло не только городское, но и сельское население. В 1900 г. в городах проживало лишь 13 % населения Украины — меньше, чем в России (15 %), не говоря уж о Западной Европе: в Англии, например, уже в то время горожане составляли 72 % всего населения.
Промышленные рабочие, или пролетарии, в отличие от крестьян не владели средствами производства. Они продавали не свои изделия, а собственную рабочую силу. Как правило, это были люди более развитые и более образованные, чем крестьяне, ибо им приходилось работать на больших и сложных производствах. Групповая психология и чувство солидарности развивались у них быстрее, чем у крестьян, ибо они формировались в многотысячных коллективах. И что самое главное — сложная, специализированная и взаимозависимая трудовая деятельность воспитывала у рабочих способность к организации и самоорганизации, какой не знало крестьянство.
Если в России еще с XVIII в. крепостные крестьяне часто «приписывались» к заводам и фабрикам, то в Украине рабочие в сколько-нибудь заметном количестве появляются лишь с середины XIX в. Поначалу большинство из них были задействованы в пищевой промышленности, прежде всего на сахарных заводах Правобережья. Но там еще не было, как правило, пролетариев в строгом смысле слова: по большей части это были сезонные рабочие, в определенное время года вновь возвращавшиеся в свои села и обрабатывавшие свои земли. Этот полукрестьянский-полупролетарский тип вообще был характерен для Российской империи, для Украины же в особенности.
Однако в тяжелой промышленности, особенно в Донбассе и Кривбассе, уже появлялся настоящий пролетариат. Именно здесь был самый высокий процент не только постоянных, но и потомственных рабочих, чьи отцы и деды тоже работали на заводах и шахтах. Впрочем, даже среди таких пролетариев многие сохраняли еще связь с землей.
В 1897 г. общее количество промышленных рабочих в Украине достигло уже 425 тыс. Почти половина из них была сосредоточена в тяжелой промышленности Екатеринославской губернии. Всего с 1863 по 1897 гг. численность пролетариата в крае выросла на 400 %. При этом, однако, пролетариат составлял лишь 7 % всей рабочей силы, оставаясь островком в крестьянском океане.
Условия труда в промышленности Украины, как и во всей Российской империи, по европейским меркам были просто ужасными. Даже после некоторых улучшений, установленных законами, принятыми в 1890-е годы, смены по 10, 12 и даже 15 часов на заводах и фабриках продолжали оставаться в порядке вещей. При этом ни техники безопасности, ни медицинской помощи практически не существовало. А зарплата (большая часть которой уходила на еду и жалкое жилище) в среднем по Украине составляла для промышленного рабочего лишь мизерную часть той, что получал рабочий в Западной Европе. Не удивительно, что при таких условиях учащались забастовки и другие конфликты между рабочими и работодателями.
Изменилось и социальное происхождение большей части интеллигенции. Если в начале XIX в. подавляющее большинство ее составляли дворяне, то в 1900 г. лишь 20—25 % всей интеллигенции происходило из дворян и других богатейших слоев общества — остальные же были сыновья простых мещан, священников, разночинцев. Что до выходцев из крестьянства и пролетариата, то они по-прежнему редко попадали в университеты, и основной причиной тому была невозможность для выходцев из этой среды получения хотя бы среднего образования.