Программа Пестеля, разработанная в документе под названием «Русская правда», была более радикальной, чем программа северных конституционалистов. Она предусматривала отмену всякого социального и политического неравенства, модернизацию хозяйства страны, власть революционной элиты, строгую централизацию управления. Хотя Пестель и действовал в Украине, никакого интереса к нерусским народам империи он не обнаружил. Более того, он утверждал, что за исключением поляков с их высокоразвитой культурой все остальные меньшинства должны быть русифицированы. В частности, украинцам он отказывал даже в праве считаться «отдельной народностью» и утверждал, что «Малороссия» никогда не была и не может быть независимой. Подобных взглядов на «украинский вопрос» будут придерживаться и дальнейшие поколения русских революционеров.
Однако члены Общества соединенных славян не разделяли нейтралистских пристрастий Пестеля, склоняясь к реорганизации империи на федеративных началах. Но опять-таки среди субъектов предполагаемой федерации не было Украины — и это несмотря на то, что в правлении общества состояли
украинцы. Впрочем, имеются данные о том, что и в Украине с 1819 г. существовало так называемое Малороссийское тайное общество, которое поддерживало связи с Обществом соединенных славян и с польской революционной организацией «Темпляры». Председателем его был поветовый маршал (т. е. уездный предводитель дворянства) Василь Лукашевич — страстный приверженец независимости Украины, автор «Катехизиса автономиста».
Но теория теорией, а дело делом. Если рассматривать деятельность Южного и Северного обществ с точки зрения искусства политических заговоров, то и тех, и других придется признать не только идеалистами, но и дилетантами. К тому же внезапная смерть Александра I застала заговорщиков врасплох. В состоянии глубокого потрясения руководители Северного общества 14 декабря 1825 г. вывели на Сенатскую площадь Петербурга несколько тысяч солдат, отказавшихся присягнуть новому царю Николаю I, и пытались добиться его отречения. В тот же день восстание провалилось, и все его участники были арестованы.
Немногим лучше действовали и «южане». Поскольку Пестель по доносу предателя Майбороды был арестован в Тульчине за день до начала восстания на Сенатской площади, руководство действиями заговорщиков в Украине перешло в нетвердые руки Бестужева-Рюмина и братьев Муравьевых-Апостолов. Хотя они и убедили около тысячи своих солдат примкнуть к восстанию, более широкой поддержки в войсках и среди местного населения они не нашли. После недели беспорядочных и бесцельных маневров к югу от Киева отряды восставших были разбиты верными царю войсками. Так первое революционное движение в истории Российской империи потерпело катастрофическое поражение.
Было очевидно, что без помощи народа, т. е. Украинских крестьян, восстание захлебнется. Вот тогда и появился знаменитый лозунг, обращенный польскими повстанцами ко всем русским и украинцам, страдавшим под гнетом самодержавия: «За нашу и вашу свободу». Впрочем, чтобы убедить украинских крестьян помочь своим польским «панам», которых они ненавидели уж во всяком случае сильнее, чем российского царя, требовалось нечто большее, нежели лозунги. Но даже призывы некоторых повстанцев уразуметь лозунг буквально и действительно пообещать крестьянам, ежели те поддержат восстание, освобождение от крепостного права в случае победы — были гневно отвергнуты большинством польской шляхты. В результате украинские крестьяне Правобережья заняли в конфликте преимущественно нейтральную позицию, а некоторые даже воспользовались им, чтоб отомстить своим польским помещикам. Кстати, и в самой Польше многие крестьяне в 1830—1831 гг. отказались поддержать восстание шляхты, тем самым наглядно продемонстрировав, что социальные идеи остаются гораздо ближе и понятнее неясно замаячившей на историческом горизонте идеи национальной и что даже у поляков национальное сознание и национальная солидарность отнюдь еще не овладели массами.
