Украина, которой не было полностью

Нет. Ситуация была несколько иной. Сейчас я буду говорить о вещах, которые могут очень не понравиться не только нашим «свидомым», но и крайним русским националистам в России.

Как это ни парадоксально звучит, но присоединение к Русскому царству земель гетманщины дало толчок к интенсивному развитию культуры не только Малороссии, но и всех русских земель, оказавшихся в границах Российской империи. Дело в том, что, в отличие от Малой Руси, Великая Русь XVII века не располагала т. н. высокой культурой. Иначе говоря, культуры образованных правящих классов в России XVII века фактически не было. Скорее была даже определенного рода дикость.

Да, многим в России такое заявление может не понравиться.

Я понимаю. Но от фактов никуда не денешься, а они свидетельствуют о том, что именно во второй половине XVII века в великорусскую (восточнорусскую) почву было посажено семя малорусской (западнорусской) высокой (не народной, а элитной) культуры, уцелевшей в виде локальных очагов в православных монастырях. А через несколько столетий из него проросло великолепное дерево самобытной русской, точнее, ОБЩЕРУССКОЙ культуры.

Об этом можно где‑то почитать?

Об этом достаточно много написано в исторической литературе. Там излагается фактаж, но редко делаются вытекающие из него выводы. Ведь они ведут к нежелательному для современных идеологов Украины (и, кстати, России тоже) пониманию русского и «украинского» прошлого. Есть, впрочем, исключения. В данном случае я могу сослаться на блестящую работу человека, чей авторитет для вас, как мне кажется, будет более весомым, чем мнение какого‑то Ваджры. На человека, которого, думаю, вы знаете.

И кто он?

Выдающийся русский ученый‑языковед (фактический основоположник такой области языкознания, как фонология), граф, Николай Сергеевич Трубецкой. Будучи уже в эмиграции, в Париже, в 1927 году, как раз во время пика советской украинизации, он опубликовал статью «К украинской проблеме».

Он был одним из главных идеологов евразийского движения.

Совершенно верно. Так вот, размышляя в вышеупомянутой статье о том, что эпоха Петра Великого стала разрывом культурной традиции России, он писал следующее: «О резком и полном перерыве традиции можно говорить только в том случае, если под «русской культурой» разуметь только ее великорусскую разновидность; в культуре же западнорусской (в частности, украинской) при Петре резкого перерыва традиции не произошло»[82].

Более того, по мнению Трубецкого, «после присоединения Украины на очередь стал вопрос о слиянии обеих этих редакций русской культуры воедино. При этом… думали не столько о слиянии обеих редакций русской культуры, сколько об упразднении одной из них…». «…практически вопрос сводился к тому, какую из двух редакций русской культуры следует целиком принять и какую целиком отвергнуть. Решать должно было правительство, т. е., в конечном счете, царь. Правительство встало на сторону украинцев…»[83].

«Но, вставши на сторону украинцев, московское правительство сделало в направлении признания «правильности» украинской редакции русской культуры только первые шаги. Правда, это были самые ответственные шаги — «исправление» богослужебных книг (т. е. замена московской редакции этих книг редакцией украинской) и вся реформа Никона. В этой области была проведена полная унификация, причем великорусское было заменено украинским»[84].