Тяжесть работ по строительству Украинской линии на протяжении нескольких лет, невыносимые условия труда приводили к тому, что многие работники подавались в бега и уходили на Дон. Взамен беглецов начальство требовало других работников. В результате пустели села, разорялось хозяйство. Свидетельством тому стала старинная украинская народная песня:
На устроенной Украинской линии по Указу от 23 февраля 1732 года было приказано поселить 20 ландмилиционных полков и обеспечить их всем необходимым для ведения хозяйства.
В 1732 году на Слободской Украине была произведена перепись всех жителей мужского пола по сословиям. Из этой переписи правительство увидело, что вследствие налогов и других притеснений слобожане находились в тяжелом положении и что не многие из казаков могли достойно содержать себя для государственной службы..
По результатам этой проверки был издан указ, в котором императрица требовала оградить казаков от непосильных поборов, с тем чтобы «наши верные подданные, за такое об них высочайшее попечение и милостивое призрение, по надлежащей своей верности, Наш высокий интерес по крайней возможности охранять будут». Для контроля за выполнением этого указа был направлен генерал-майор князь Шаховский.
Шаховский выехал к слободским полкам и разместился в городе Сумы. Там образовал он специальную комиссию, в состав которой вошли, кроме самого князя, два штаб-офицера и все полковники слободских полков, которых для работы в комиссии вызывали только «по необходимости». В организации работы этой комиссии была создана Канцелярия комиссии учреждения слободских полков, которая приступила к реорганизации этих частей. Старинное право слободских полков занимать новые земли или угодья было отменено. Но земли и угодья, которые заняты прежде, «представлено владеть и потомству передавать, хотя бы на них и не было письменных укреплений».
Численность личного состава каждого полка была определена в 800—1000 человек (всего во всех пяти полках казаков 4200 человек). Остальные коренные жители Слободской Украины, кроме дворян, духовенства и казаков, были либо приписаны к войсковым обывателям, либо к владельным подданным (крепостным) и обложены подушным налогом. При этом первые для снабжения служивых казаков лошадьми и прочим в качестве военного налога должны были платить ежегодно по 10 копеек с человека, а крепостные — по 18 копеек с человека. Кроме того, последние облагались еще и государственным налогом в размере 21 копейки с человека в год.
В этом же указе было прописано, «что если кто-либо из казацких старшин и других чинов будет принимать к себе в крестьянство, то доноситель о том получит 50 рублей с души, которые взыскивать с принявших крестьян».
Для проверки количества обывателей, обязанных платить дань, при полковой канцелярии Ахтырского полка была учреждена особая контора, в которую ежегодно в сентябре месяце должны были подавать от полков ведомости о прибыли и убыли душ.
Все пять слободских полков подчинялись командиру бригады, на должность которого был назначен бригадир Алексей Леонтьевич Лесевицкий, который, в свою очередь, подчинялся начальнику Украинской дивизии. Полковники по чину были уравнены с армейскими премьер-майорами, а вместо жалования получали во временное владение число дворов: полковник — 15, обозный — 7, судья — 6, старший есаул — 6, младший есаул — 4, каждый из двух полковых писарей по 3 двора и 25 рублей деньгами в год, три канцелярских писаря — по 2 двора и 10 рублей в год, три канцеляриста — по одному двору и десять рублей в год. Полковые ротмистры, командовавшие регулярными ротами, были названы капитанами, но по табели о рангах приравнивались к армейскому поручику, а вместо жалования им назначалось 7 дворов. Другие чины получали: поручик — 6 дворов, унтер-офицер — по 2 двора, литаврщик — 20 рублей, трубач — от 16 до 18 рублей и цирюльник — 4 рубля в год.
По мнению современников, этот указ нисколько не улучшил положение слободских казаков, а наоборот — значительно его ухудшил. Слобожане теряли терпение и массово уходили на Дон, на Волгу и в другие места.
В своей деятельности Комиссия ориентировалась, прежде всего, на интересы помещиков-крепостников. По ее указу при канцеляриях каждого слободского полка были созданы крепостные конторы, которые завели учет крестьян, попавших в кабалу к помещику за долги или другим путем. При этом нередко акт подтверждения принадлежности крестьянина к крепостному сословию составлялся со слов помещика без предъявления соответствующего письменного документа, в отсутствие самого крестьянина. Не трудно представить механизм осуществления этой операции, в результате которой за соответствующую взятку чиновнику помещик получал в собственность людей со всем их имуществом.
