Я очень надеюсь, что удача будет сопутствовать еще одному важному космическому проекту, получившему название «Попередження» (то есть «Предупреждение» или «Упреждение»). Участники проекта, помимо Украины, по алфавиту: Великобритания, Германия, Дания, Россия, Франция, Швеция — в общей сложности, 14 стран.[109] Цель проекта — выявление и отслеживание краткосрочных предвестников землетрясений. Дело в том, что приближающееся землетрясение как бы оповещает о себе заранее, и это оповещение может быть «прочитано» в ходе мониторинга состояния ионосферы и магнитосферы Земли.[110]
Если сравнивать соответствующие области экономики Украины и России, можно прийти к выводу: российская космическая отрасль по объемам превосходит украинскую в той мере, в какой сама Россия превосходит Украину по населению. Грубо говоря, втрое. По уровню же развития эти отрасли очень близки между собой. Я бы даже рискнул сравнить их с двумя частями голограммы, разрезанной ножницами. Известно, что и после этого каждая часть голограммы продолжает сохранять информацию о другой. Зная состояние дел на украинских предприятиях, в конструкторских бюро и институтах, работающих на ракетно-космическую область, сегодня еще вполне можно экстраполировать эти знания на российскую сторону, делать прогнозы и выводы. Я уж не говорю об уровне живых связей и сотрудничества, о технологиях и технических знаниях, представляющих собой общую собственность, о значительной взаимозависимости, которая будет сохраняться достаточно долго.
Но время бежит быстро, и такое положение дел неизбежно начнет меняться. У российской космической отрасли есть одно явное преимущество. Дело в том, что сама Россия не разоружилась в той мере, в какой это сделала Украина. Россия сохранила ядерное и ракетное оружие, она развивает (не может не развивать) связанные с этим научные направления в системе своих закрытых военных НИИ. Украине будет трудно за ней угнаться.
Наша космическая отрасль не может обойтись без серьезной государственной поддержки. Не случайно даже в богатых западных странах космическая деятельность всемерно поддерживается правительствами. Нам нужна тщательно сбалансированная национальная космическая программа, нам нужна предельно мудрая и дальновидная технологическая политика. Правда, судить о том, насколько дальновидна та или иная политика, можно лишь задним числом, по прошествии времени. К сожалению, невозможно просто воспроизвести чей-то опыт — скажем, Японии или Южной Кореи, — каким бы удачным он ни был. Но самой большой ошибкой было бы отсутствие какой бы то ни было технологической политики.
Одну из составляющих такой политики я вижу следующим образом. Не упуская ни одной возможности технического и технологического сотрудничества с продвинутыми иностранными партнерами, наша аэрокосмическая промышленность должна не ослаблять, а наоборот, усиливать свою интеграцию с российской. У нас нет никакой нужды специально форсировать наше техническое обособление, оно происходит и будет происходить просто в силу того, что Украина и Россия — отдельные государства, различия между которыми нарастают естественным образом. Вместе с тем, при сегодняшней бедности Украины и России, космос, авиация и вооружения — это те области, где нам вместе легче прорываться. От обычной кооперации, от выполнения заказов друг друга необходимо активнее переходить к большим партнерским проектам. Они уже есть, но их явно недостаточно. Мировой опыт транснациональных промышленных групп показывает, что частный капитал в них вполне способен уживаться с государственным, нам необходимо осваивать этот опыт.
Украинским и российским партнерам нет нужды присматриваться и привыкать друг к другу, долго искать общий язык, согласовывать нормы и стандарты, утрясать патентные тонкости. Элементы взаимодополнения в наших экономиках — это объективная реальность. Использовать эту реальность — значит избежать огромных потерь на создание и поддержку параллельных структур. Достигающаяся за счет этого экономия становится решающим конкурентным фактором. Но более всего взаимодополняют друг друга наши люди.[111]
