— Можно ли обвинять Христа за инквизицию, или Маркса за Сталина?
— Маркс создал свою теорию для Европы, а не для России, и уж, конечно, не для Китая. Ни в одном коммунистическом режиме репрессии невозможны; они возможны лишь там, где есть сильная и жестокая деспотическая власть, например в сталинской России или маоистском Китае. Репрессии как таковые были уже невозможны при Хрущеве, Брежневе или Дэн Сяопине.
— О чем вы подумали, впервые открыв секретный архив ГУЛАГа и узнав, что число репрессированных значительно меньше, чем считалось и говорилось?
— Сначала было удивление. Затем я быстро понял, что на Западе были введены в серьезное заблуждение на этот счет; но, несмотря на это, все выводы о террористическом характере режима и репрессиях, которым подвергались люди, остаются в силе. Это важно прежде всего для того, чтобы все это не повторилось.
Рассказы про то, для кого Карл Маркс придумал коммунизм — оставим на совести ангажированного Земскова.
Но в целом примерно (примерно) так.
Из общения в комментариях:
—
— Только под руководством Николая Сванидзе.
С мест сообщают:
Партия «Яблоко» хочет, чтобы Госдума признала нелегитимным переворот 1917 года. Об этом сообщил журналистам председатель партии Сергей Митрохин. Он добавил, что считает большевизм чудовищным злом, последствия которого Россия не может преодолеть до сегодняшнего дня. По словам Митрохина, «яблочники» сами займутся этим вопросом, если, конечно, попадут в Госдуму.
Нелегитимный переворот — это пять.
Следующие шаги партии Яблоко:
а) признать нелегитимным решение Земского собора о назначении царём Михаила Романова;
б) признать нелегитимным призвание Рюрика;
в) призвать кровавых скандинавов к ответу за преступления режима Олега, Игоря, Ольги.
Богата страна дураками.
Цитата:
— А как же тогда Китай, Япония и другие «азиатские тигры», лидеры арабского мира и вообще Восток? Там, насколько известно, демократией и не пахнет. А они, тем не менее, «обгоняют Америку». Там что, общечеловеческие законы либерализма не работают?
— Все эти тигры и эмиры достигают (оставаясь в общем в рамках тоталитаризма) успехов только постольку, поскольку позволяют себе либерализовать экономику.
И обгонять Америку они будут лишь до тех пор, пока (под давлением своих ястребов, своих партайгеноссе и своих мелких, но крутых тиранов) они эту либерализацию не прекратят (как Сталин в начале 30-х прекратил НЭП, раз и навсегда определив для России чисто тоталитарный курс на милитаризацию экономики, — что и привело, спустя полвека, к обрушению бронированного колосса, утонувшего в болоте всеобщего застоя).
Я же говорил: либеральная идея слаба. Она беззащитна перед железной рукой и костяной ногой авторитаризма, у нее нет защитников, кроме умных людей (которые и сами нуждаются в защите в нашем мире). Но если эта идея воцаряется (волею обстоятельств, а как правило, волею властителей, загнавших себя в застой и осознавших, что другого выхода у них нет), она способна творить чудеса в самых отсталых и запущенных экономиках мира…
Что лучше — невидимая рука или рука железная, размышляет известный писатель. Правая или левая, какую же отрезать? Конечно, левую, ведь правая — хорошая, ей мы пишем полезные книжки о Свободе, а левой — вытираем жопу, наводя тоталитарный, гнетущий гигиенический порядок. Когда левой руки не станет, жопу будет вытирать не надо и наступит щастье.
— Но есть же страны, живущие с двумя руками, не отрезают ведь!
— Ну, это пока! — с оптимизмом смотрит в будущее известный писатель.
(с) I. Stepanov
Цитата:
