Игорь Коломойский в это время проводил переговоры с приехавшей в город кандидатом в президенты Юлией Тимошенко. Накануне ее визита Борис Филатов написал в своем Facebook, что экс-премьер потребовала, чтобы бойцы батальона «Днепр», входящего в полк нацзащиты области, были построены к ее визиту на плацу и приветствовали кандидата в президенты троекратным «ура». Выполнить это требование власти региона отказались.
К журналистам после встречи госпожа Тимошенко вышла, опираясь на костыль, и заявила, что хотела выяснить, насколько ее родная область «готова к отражению агрессии и провокациям».
— Я лично посетила блокпосты, расположенные по границам области, — доложила она журналистам. — Они хорошо оснащены, границы защищают патриотически настроенные добровольцы, у которых есть силы и мужество остановить диверсантов, если они попробуют зайти на территорию Днепропетровской области.
К Вечному огню в Киеве сегодня с утра несли цветы самые разные политики: от Яценюка с Турчиновым до депутатов-регионалов и странных активистов партии Витренко. А когда политики более или менее все прошли, чуть в сторонке десяток студентов без какой-либо символики достали магнитофон, включили военные песни и, построившись в кружок, начали их петь.
К ним стали подтягиваться прохожие, спели «Священную войну», «Катюшу», «Смуглянку-молдованку». Тут заиграл «Последний бой», и на строчке «А я в Россию, домой хочу», — буквально на 2–3 секунды повисает неловкая пауза. Замялись студенты.
А потом самый, видимо, старший из них что-то шепнул своей девушке, махнул рукой, и они громко продолжили. И про «домой хочу», и про «в последний раз России сможем послужить, а за неё и помереть совсем не страшно» спели.
Тут я решил, что становлюсь сентиментальным слишком и отошел покурить.
С праздником, друзья. И мира нам всем.
В Донецкой и Луганской областях Украины вчера прошли референдумы о самоопределении. Этот день я провел во втором по величине городе Донбасса Мариуполе, который накануне превратился в новую горячую точку: о высокой явке здесь заботились куда больше, чем о соблюдении всех процедурных формальностей.
Референдум в большинстве городов Донецкой области был бы похож на обычное голосование, если б не рекордно короткие сроки его подготовки и то, что у избиркомов возникли трудности со списками избирателей, которые оказались устаревшими. Участки привычно открылись в школах, больницах, домах культуры. В Славянске было организовано даже выездное голосование — для активистов, дежуривших на баррикадах по окраинам города. Референдум стал рекордным и по длительности голосования: оно началось в шесть утра и должно было продолжаться до 22.00. Отдельные избиркомы обещали работать до последнего избирателя. Ответить предлагалось на один вопрос: «Поддерживаете ли вы акт о государственной самостоятельности Донецкой народной республики?»
До последнего под сомнением оставалось голосование в Мариуполе, где 9 мая украинская армия провела спецоперацию, число жертв которой до сих пор уточняется. В результате операции, в ходе которой была задействована тяжелая армейская техника, был уничтожен городской отдел милиции, сгорел горисполком. За неделю до референдума горожанам присылали приглашения явиться на участки по привычным адресам, но на следующий день после спецоперации от проведения голосования по обычному сценарию решили отказаться.
— Мы просто соберемся на народный сход на площади перед горисполкомом, проголосуем за отделение, а наши голоса делегируем Донецку и Славянску, где референдуму не угрожает новое военное вторжение, — убеждала накануне голосования собравшихся у догорающего горотдела милиции женщина с бейджем оргкомитета референдума.
Пожарные продолжали разбирать завалы, над зданием поднимались клубы дыма, а горожане несли цветы и свечи в память о погибших сотрудниках милиции. Кто-то установил тут же плакат «Мы не забудем убийцам никогда такое 9 мая!».
— Если спецоперацию проводила власть, то военные должны были остаться. А так, получается, поубивали людей и ушли, — рассуждал стоявший тут же пенсионер. — Если большинство выскажется за единую Украину, так тому и быть. Но у нас Бандера никогда не будет героем, а сотрудники «Беркута» будут. Такое ощущение, что в Киеве всех жителей юго-востока врагами считают.
Голосовать на площади жителям в итоге не пришлось. Из опасений, что военные могут снова попытаться войти в город, организаторы референдума в Мариуполе решили ограничиться открытием всего четырех участков в районных исполкомах. Из-за этого с раннего утра в городе с населением почти полмиллиона человек выстроились длинные очереди.
В исполкоме Ильичевского района на проспекте Металлургов спустя 3,5 часа после открытия участка проголосовало, по словам членов избиркома, около 7 тыс. У дверей здания в очереди стояло еще около 3 тыс. Люди заходили внутрь, искали стол с номером своего обычного избирательного участка, получали бюллетень и голосовали.
