– Надежда Николаевна, я ведь перед вами за это уже извинился… Ну пожалуйста, поедемте со мной – Виктор Иванович очень просил!
– Надя-джан, ты знаешь этого человека? – подозрительно осведомилась Анзурат. – Если надо, Махмуд друзей позовет…
– Спасибо, не надо! – проговорила Надежда и мрачно взглянула на человека Мясникова: – За ананас заплати! И за гранат тоже!
На улице их ждала знакомая черная машина.
Когда Надежда со своим спутником устроилась на заднем сиденье, водитель взглянул в зеркало заднего вида и осведомился:
– Серый, что это у тебя с волосами?
– Ничего… Это в той лавке ананасы с веток падают, – и охранник покосился на Надежду Николаевну. Она ответила недобрым взглядом – мол, никто не забыт, и ничто не забыто.
Виктор Иванович Мясников дожидался ее в своем кабинете.
– И чего вы от меня хотите на этот раз? – строго проговорила Надежда в ответ на его приветствие. – Кажется, мы в прошлый раз уже обо всем с вами поговорили.
– В прошлый раз, Надежда Николаевна, вы мне, извините, запудрили мозги. Да вы садитесь, садитесь, разговор у нас будет долгий!
– Долго я не могу, у меня дел много, – сообщила Надежда, опускаясь в кресло. – И вообще, что вы имеете в виду? Насколько я помню, прошлый раз я открыла вам глаза на вашу помощницу Викторию, чем заслужила вашу благодарность.
– Разумеется, я вам очень признателен! – Мясников поднял руки, как бы капитулируя. – Но я имею в виду, что вы мне тогда сказали, что являетесь… являлись… гм… спутницей жизни покойного Владимира Рукавицына. Однако потом, в разговоре с вашей подругой Лидией, я выяснил, что это не совсем так, точнее – совсем не так.
– Вот зараза Лидия! – возмутилась Надежда. – Помогай после этого людям!
– Вы на нее не сердитесь, Лидия в отличие от вас не умеет врать.
– Что за намеки?!
– Надежда Николаевна, не горячитесь! Узнав, что вы… сказали мне не всю правду, я навел о вас справки.
– Это незаконно! – воскликнула Надежда. – Это вторжение в частную жизнь!
– Да что вы говорите? – Мясников усмехнулся и скосил глаза на Надеждиного спутника: – Сергей, доложи, что тебе удалось выяснить насчет Надежды Николаевны.
Надежда повернулась к Сергею и с необъяснимым злорадством заметила, что на щеке у него от соприкосновения с ананасом остались очень заметные ссадины, а под глазом проступает синяк.
Он сделал шаг вперед и заговорил, как отличник перед доской:
– Надежда Николаевна Лебедева, в прошлом – инженер оборонного института…
– Старший инженер! – гордо поправила его Надежда.
– В настоящее время – домашняя хозяйка, – продолжал Сергей, не обратив внимания на ее реплику, – замужем, брак второй. В свободное время в качестве хобби занимается самодеятельными расследованиями различных криминальных событий.
– Сам ты самодеятельный фокусник! – фыркнула Надежда.
– При этом имеются положительные отзывы от заслуживающих внимания источников. Часто действует не вполне законными средствами, не останавливается перед вторжением в частную жизнь.
– Достаточно, Сережа! – Мясников жестом остановил своего человека. – Как видите, я действовал вашими же методами.
– И чего вы от меня хотите? – осведомилась Надежда. – Почему вас так заинтересовало мое, как он выразился, хобби?
– Разумеется, ваши занятия меня совершенно не касаются, но когда мне стало известно, что вас интересует один мой сотрудник – Георгий Шмелев, – я захотел выяснить причину вашего интереса.
– Ну, вы что – Лиде сыворотку правды вкололи? – простонала Надежда. – Ну все выложила!
– Не будем понапрасну терять времени, – строго сказал Мясников. – Что за причина?
– Причина очень простая, – Надежда сложила руки на груди. – Этот, как вы его назвали, Георгий женился на моей институтской подруге. И когда я узнала – совершенно случайно, – что он не тот, за кого себя выдает, я решила выяснить о нем все, что можно.
– Не тот? – удивленно переспросил Мясников. – Как это не тот?
– А вы ничего не знали? – Надежда усмехнулась и покосилась на Сергея, который молча стоял у двери. – Вам нужно поменять свою службу безопасности! Она никуда не годится! Влезть в частную жизнь безобидной домохозяйки – это они могут, а прошляпить сотрудника, который живет под чужим именем…
– Надежда Николаевна, что вы имеете в виду? – Мясников привстал. – Георгий Шмелев – не Георгий Шмелев?
– Ну, я не поручусь – может, он и Георгий, имя это не такое уж редкое, но точно не Шмелев!
– Вы уверены?
– Абсолютно! Настоящий Георгий Шмелев несколько лет назад замерз по пьяному делу в деревне под Псковом. Мой знакомый был на его похоронах.
Мясников повернулся к Сергею. Глаза его метали молнии:
– Как же так? Почему я узнаю такие важные вещи от посторонних людей?
– Я не в курсе, шеф, – ответил тот, хлопая глазами. – Шмелев – это не мой уровень допуска, он проходит под грифом «А-4». Даже если бы я захотел его проверить, мне бы отказали в доступе к информации.
– Ну да, правильно, что я у тебя спрашиваю… – поморщился Мясников. – Это вопрос к твоему шефу.
