В холодильнике на кухне Корнышев нашел нераспечатанные бутылки французской минералки. Выпил стакан воды. Уходить он не торопился, потому что ему требовалось время на обдумывание положения, в котором он так неожиданно оказался. Он не знал, куда ему идти и что вообще делать. В то, что все происходящее очень серьезно и любой неверный шаг может стоить ему жизни, – в это он уже поверил, потому что даже этой встречи с Калюжным не должно было быть. Корнышев должен был умереть еще на Кипре, и так бы и случилось, не задержи его у стойки в вестибюле улыбчивый киприот-администратор…
Телефонный звонок прервал размышления Корнышева. Он вздрогнул от резкого звука. Смотрел на трезвонивший аппарат, но трубку с рычага не поднимал. Когда телефон утих, Корнышев оборвал телефонный провод. Потом он выключил свой мобильник. По всем правилам еще надо было обесточить квартиру, но он не стал этого делать, потому что оставаться здесь не собирался ни минуты. Прежде чем уйти, он подошел к окну и выглянул наружу. Все автомобили, припаркованные возле дома, были ему знакомы – он видел их, когда входил в подъезд, – кроме одного автомобиля, развозного фургона, которого пять минут назад у дома не было. Это могло быть случайностью, но Корнышев сейчас подозревал худшее. Он отшатнулся от окна, бесшумно прошел через квартиру и замер у входной двери. Через дверной «глазок» он никого не увидел на площадке. Вышел, запер за собой дверь и стал спускаться вниз. Там, внизу, хлопнула дверь. Было слышно, как кто-то поднимается вверх по лестнице. Двое или трое людей. И, судя по звуку шагов, – мужчины.
Корнышев бесшумно спустился на один этаж и вошел в частный стоматологический кабинет. В комнате ожидания посетителей не было. Девушка-медсестра с лицом красивой фарфоровой куклы заученно улыбнулась, демонстрируя свои превосходные, ослепительно белые зубы, и сказала:
– Здравствуйте! Чем мы можем вам помочь?
– Я хотел узнать, – пробормотал Корнышев, старательно изображая неуверенность. – Можно ли к вам записаться. Насчет зубов, в смысле.
Он замолк, потому что услышал звуки шагов за дверью. Несколько человек прошли мимо стоматологического кабинета и продолжали подниматься вверх по лестнице.
– Вы у нас уже были? – спросила девушка.
– Нет, я первый раз.
– Тогда нам лучше начать с предварительного осмотра? – вопросительно посмотрела девушка. – На какое время вам удобно будет записаться?
– Только не сейчас, – сказал Корнышев.
– Да, я понимаю.
– Можно часа на четыре.
Девушка заглянула в свои записи. И стала перелистывать страницы. Что-то у нее не стыковалось, похоже. Не получалось в четыре часа. Слишком долго. Пора уходить.
– Я, кажется, мобильник свой оставил в машине, – сказал Корнышев. – Вы пока посмотрите, а я сейчас вернусь.
– Хорошо, – улыбнулась заученно девушка.
Корнышев открыл дверь, вышел за порог и увидел молодого мужчину, стоявшего одним лестничным пролетом выше. Мужчина посмотрел на Корнышева внимательно, но Корнышев уже зажимал щеку ладонью и кривился, как будто у него не на шутку разболелся зуб.
– Но обязательно, чтобы сегодня! – сказал через порог Корнышев девушке. – Иначе я с этой болью просто ночь не буду спать!
– Хорошо! – сказала без улыбки девушка, озадаченная случившейся с посетителем метаморфозой.
Корнышев стал спускаться вниз по лестнице, по-прежнему прикрывая ладонью нижнюю часть лица.
Внизу стояли еще двое, тихо о чем-то разговаривали друг с другом. Стояли профессионально, хоть сейчас им ставь зачет по наружке: лицом друг к другу, благодаря чему они контролировали весь первый этаж. Один следил за входом в подъезд, другой стриг взглядом лестничную площадку первого этажа и ведущую наверх лестницу. Взгляды Корнышева и одного из топтунов встретились. И Корнышев теперь знал наверняка, что пришли за ним. Уйти ему не дадут. Сейчас обратятся к нему для начала с какой-либо глупостью. Попросят закурить, например. Или без всяких выкрутасов предложат предъявить документы. Но все произошло иначе. Неожиданнее и страшнее.
Когда Корнышеву до этих двоих оставалась пара метров, один из них вдруг сделал шаг в сторону, перекрывая Корнышеву путь на улицу, и в руке у него был пистолет с глушителем. Он держал пистолет на уровне живота и так от живота и выстрелил. Корнышев услышал хлопок и одновременно его больно ударило в живот, его даже отбросило назад, но на ногах он чудом удержался. Бросился вперед и вправо, вдоль стены, и теперь стрелку мешал его напарник. Этого напарника Корнышев толкнул на стрелка, одновременно рванул из-за пояса пистолет, попытался выстрелить. Осечка! Упавший стрелок уже выкарабкался из-под своего напарника, изготовился к стрельбе, но Корнышев обрушился на него сверху и стал молотить рукоятью пистолета, будто гвозди молотком забивал. Брызнула кровь. Стрелок обездвижел.
Корнышев рванулся к двери, ожидая выстрелов вслед, но повезло, успел выскочить. Побежал вдоль дома. Из фургона вывалился какой-то малый, Корнышев прицелился в него на бегу из пистолета, парень инстинктивно рухнул на землю.
